rougelou: (Default)
Postée à l'origine par [livejournal.com profile] pranava sur Грядущему Марсу: зарисовка о происхождении бизнеса
Чем прилично заниматься?  То есть, чем прилично заниматься "приличному человеку"?

Еще сравнительно недавно - лет 100 назад - ответ был однозначным.  Причем, не где-нибудь, а в самой, как принято считать, цитадели современного торгашества и бездуховности.  Подобающими джентльмену считались три занятия: army, navy, law.  Последнее - с большой натяжкой, как дань необходимости политику быть сведущим в правовых вопросах.  Считать, что англичане всегда все делали чужими руками и горазды только на подлости да всяческий "пеар", значит, упускать из виду половину общей картины, как минимум.  Империя (как и любое государство) была создана военной силой, основу которой составляли люди родом из Британии в мундирах цвета бога войны, воспитанные не в садо-педерастических интернатах, а на полях и морях сражений.

Эдвардианство стало последним взбрыком (или всхрюком?) традиционной для пресловуто обремененного белого человека системы ценностей, после которого его эра окончательно завершилась победой паранойяльного, истеричного и хитрожопого бога креолов, которому и имени-то нормального нет.  Образы героев этого и чуть более позднего времени, вроде, скажем, Лоренса, несут на себе печать пресыщенности, извращенности и декаданса.  Они все еще действуют "по-марсиански", но все больше косвенно: провоцируя, внося смуту, даже предавая.  Последним пристанищем воинских добродетелей и романтики становится литература.

Именно в это время в широкий языковой обиход проникает слово, бывшее до этого эвфемизмом любого рода торговли.  Само слово "business" имеет очень широкий спектр значений, включая предельно общие: не только "занятие", но и "дело" вообще, в том числе, в переносном смысле (ср. "death is a lonely business"), однако в другие языки оно стало проникать, прежде всего, как "приличное" название коммерческой деятельности.  Это значило, что если раньше не стыдно было говорить только о войне и политике, а все остальное обобщалось пренебрежительным термином "занятия", теперь именно эти "занятия" стали основным делом не только буржуа, но и жантийомов, тут же переставших быть таковыми.

И по-другому не было никогда.  Начиная войну, латины первым делом открывали ворота храма Марса, как бы выпуская его наружу.  Именно поэтому его называли, в частности, "Марс Грядущий" (Mars Gradivus).  И любой, кто хоть чуть-чуть взыскует смысла, понимает, что иначе и быть не может.  Потому что иначе - утрата не только смысла, понимания происходящего, но и идентичности, родства - всего, что можно было бы назвать в этом мире собой.  Человек должен быть призван - именно призван к чему-то большему, чем обеспечение сиюминутных потребностей капризного и вечно ломающегося "скафандра".  Понимание этого ощущается даже в "исторически адекватном" (то есть, учитывающем представления современных историков) английском сериале со стереотипно фиговым и конъюнктурным подбором актеров.  Несмотря на все условности, что-то движется внутри позвоночника, и сердце раскрывается в предчувствии того, что непременно прийдет.  И, возможно, мы еще успеем побыть его частью.

rougelou: (Default)
          ... о котором я упоминал недавно: http://pranava.livejournal.com/117295.html

          Попы против малыша, младенца - архетипа, на котором их собственная религия построена, как минимум, на треть.  Это все равно, что попы против девы и, особенно, попы против мученника (особенно, за идею) или даже просто героя - всякий раз заканчивается для них плохо.

          Ибо неуя свои собственные корни подрывать - свиньи безмозглые.
rougelou: (Default)

Пьянство считается чуть ли не главной особенностью ирландцев.  И не простое, а, как сейчас принято говорить, системное: без него народ жить не может.  Кроме того, оно достаточно тяжело по составу и сочетанию напитков: пиво, виски, смешивание всего со всем зачастую на голодный желудок, постоянное хождение с бутылкой для поддержания стабильного градуса опьянения и т. п.  Все без исключения ирландские гении и почти все сколь-нибудь популярные личности, имеющие к Ирландии хоть какое-то отношение, конченные алканавты.  А кто нет (вроде Майкла Флэтли), вызывают сильное подозрение в неаутентичности.

Ирландию и ирландцев у нас любят: заметно больше, чем кельтов вообще.  Я думаю, что виной тому не склонность к бухлу как таковая, а то, каким образом (по каким поводам, с кем, для чего) оно употребляется, и что в процессе и потом делается.  Вероятно, не существует в настоящее время народа, который был бы больше похож этим на русских.  (Один знакомый моего знакомого так и не смог за два месяца в Ирландии, по которой был намерен проехаться автостопом, удалиться от Дублина больше чем на 30 километров: настолько душевно его везде принимали.)

И у нас и у них «синее» играет роль, в первую очередь, психотерапевтическую.  При этом, целью употребления является не балансирование эмоций, снятие напряжения или поднятие настроения, а вскрытие внутренних пластов психики, желательно (и нередко) с достижением переходных состояний: короче говоря, трансформация - как себя, так и ситуации.

В первую очередь обнаруживают себя при этом, конечно, эмоции, точнее скрываемое от себя или окружающих отношение.  Отсюда слезы и драки - первое, что замечает наблюдающий со стороны.  Но есть люди - и их немало - которых уносит сразу в философском направлении, то есть они начинают яростно и безудержно глючить.  К сожалению, большинство из них потом ничего не может вспомнить (даже если за ними записывать), но встречаются и титаны, способные вынести из мутных бездн бессознанки кое-что на поверхность.  К некоторым из них я медленно но методично подбираюсь.  Как я уже хвастался в заглавном посте, в жертвы давно намечены Йейтс и Дилан Томас, но пока что-то как следует не торкает.  Наверное, пью не то и недостаточно. :-)

Пока же предлагаю вашему вниманию формальный разбор известного фольклорного как бы произведения.  Разглагольствовать лишнего не буду - все в подстрочнике и очень-очень-очень-очень-очень на этот раз пространных сносках.

Предварительно рекомендую накатить.  Желательно, вискаря.  Доза значения не имеет - важно состояние.

Tim Finnegan lived in Walkin Street,
Тим Финнеган жил на Уокинг Стрит(0):
A gentle Irishman mighty odd
Ирландский джентльмен - могучий подонок(1).
He had a brogue both rich and sweet,
У него были броги: богатые [с виду] и удобные(2),
An' to rise in the world he carried a hod
А [для того, чтобы] возвыситься(3) в мире, он таскал носилки(4).
You see he'd a sort of a tipplers way
Видите ли, он жил/вел себя как какой-то алкаш(5),
but for the love for the liquor poor Tim was born
Но бедный Тим был рожден для любви к бухлу(6).
To help him on his way each day,
[И] чтобы помочь себе на своем пути, каждый день
he'd a drop of the craythur every morn
Он пропускал с утра по капле проклятой(7).

Whack fol the dah now dance to yer partner
Трах-тиби-дах(8), а ну, все по парам(9)
round the flure yer trotters shake
По всему полу лытками тряси(10)!
Bend an ear to the truth they tell ye,
Приблизь(11) ухо [чтобы услышать] правду, которую тебе говорят:
we had lots of fun at Finnegan's Wake
Мы изрядно повеселились(12) на финнегановых поминках.

(Вариант, который исполняют чаще:
Was not it the truth I told you
Не правду ли я вам говорил?
That’s the fun that Finnegan’s wake.
На финнегановых поминках было весело.)

One morning Tim got rather full,
Однажды утром Тим как следует набрался,
his head felt heavy which made him shake
В голове у него помутилось(13) из-за чего он споткнулся,
Fell from a ladder and he broke his skull, and
Упал с лестницы, разбил свой череп, и
they carried him home his corpse to wake
Его принесли домой, чтобы помянуть(14) его тело.
Rolled him up in a nice clean sheet,
Закатали его в красивую, чистую простынь
and laid him out upon the bed
И положили(15) на кровать:
A bottle of whiskey at his feet
Бутыль виски в изножии -
and a barrel of porter at his head
Боченок портера(16) в изголовье.

His friends assembled at the wake,
Его друзья собрались на поминках,
and Widow Finnegan called for lunch
И вдова Финнеган позвала к столу(17).
First she brought in tay and cake,
Сначала она внесла чай и пирог,
then pipes, tobacco and whiskey punch
Затем трубки, табак и пунш(18).
Biddy O'Brien began to cry,
Бидди(19) О’Брайен начала плакать/орать:
"Such a nice clean corpse, did you ever see,
«Видели ли вы когда-нибудь такой красивый и чистый труп?
Tim, auvreem! O, why did you die?",
Тим-мудим(20)! Зачем ты помер!»

"Will ye hould your gob?" said Paddy McGee
«А что б тебе не завалить хлебало?» - сказала Пэдди МакГи.

Then Maggie O'Connor took up the job,
Затем Мэгги О’Коннор подхватила «эстафету»(21):
"O Biddy" says she "you're wrong, I'm sure"
«О, Бидди» - сказала - «Я уверена, ты неправа».
Biddy gave her a belt in the gob
Бидди дала(22) ей прямо в хлебло(23)
and sent her sprawling on the floor
И отправила на пол валяться.
Then the war did soon engage,
Потом сразу завязалась война(24):
t'was woman to woman and man to man
Женщина с женщиной, мужчина с мужчиной.
Shillelagh law was all the rage
Закон дубины применялся по полной(25),
and a row and a ruction soon began
И вскоре поднялся гвалт и начался скандал.

Then Mickey Maloney ducked his head
Затем Мики Мэлоун(и) пригнул голову/увернулся(26),
when a bucket of whiskey flew at him
Когда в него полетело ведро с виски.
It missed, and landing on the bed,
Оно не попало [в него] и, приземлившись на кровать,
the liquor scattered over Tim
Забрызгало «раствором»(27) Тима.
Now the spirits new life gave the corpse, my joy!
И вот, водка(28) дала этому телу новую жизнь, ура!
Tim jumped like a Trojan from the bed
Тим спрыгнул с кровати как троянец/троянский(29),
Cryin will ye walup each girl and boy,
Крича: «[Вы что], каждому [теперь] здесь вломите(30)?!
t'underin' Jaysus, do ye think I'm dead?
Гремучий случай(31)!  Думали, я помер?»

(0) То есть, на прохожей, прогулочной улице.  Хотя во многих вариантах поют не «walking», а «walker» (ходока, ходоков) или даже «worker» (рабочего, рабочих).

(1) Слово «odd» означает, в первую очередь, «нечетный», «неровный», но в целом очень многозначно.  Применительно к деклассированному элементу, такие варианты перевода как «отброс» или «подонок» вполне адекватны по смыслу и намерению.  Ср. «Where’s the street-wise Hercules to fight the rising odds?»  Тем более, что здесь это слово употребляется явно в поощрительном смысле, как, например, в знаменитом: «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!»

(2) Броги - это обувь, характерные ирландские башмаки.  Первоначально деревянные и с дырками, чтобы жидкая грязь не задерживаясь внутри.  С некоторых пор и до сего времени так называются кожаные туфли (любого качества и любой стоимости), на носках которых нашит дополнительный слой кожи со стилизованными (не сквозными) отверстиями.  Последний раз были в моде в конце 80-х - начале 90-х.

В оригинале, «sweet», то есть, буквально «сладкие», то есть «приятные».  Можно перевести как «мягкие» (ср. фр. «doux», употребляемое в том же смысле).

(3) Букв. «подняться».

(4) Приспособление в виде «станкового рюкзака», поддон с вертикальной рамой и лямками для переноски кирпичей, мебели и прочих тяжестей.

(5) «Tippler» можно перевести и более «фольклорно», например, «бухарик».

(6) В американских диалектах, происходящих в значительной мере от ирландского, слово «liquor» имеет вполне приличные коннотации как «спиртной напиток» (в первую очередь, дистиллированный).  В нормативном и, вообще, «приличном» южно-английском языке аналогичный смысл имеет слово «spirits», а «liquor» ближе к исходному значению: «жидкость», «раствор», «ликвар»; в крайнем случае, «ликер» (как во французском и русском, то есть сладкая смесь на основе спирта).  Здесь «liquor» употребляется в американском (то есть, ирландском) смысловом варианте, но поскольку жанр пьяной застольной песни не предполагает формальных терминов, переводится он в разных местах по-разному: «бухло», «выпивка», «раствор» («раствор коварен!» :-)).

(7) Объяснено здесь: http://www.multitran.ru/c/m.exe?l1=1&l2=2&s=craythur

(8) Почти полное ритмическое и в значительной мере смысловое соответствие.  Слово «whack» почти идентично по семантике русскому «трахнуть» или «грохнуть».  И даже последний слог «dah» тот же, что и в русском выражении.  Не знаю, придумал его Лагин специально для Хоттабыча, или подслушал где (не исключено, что и по-английски), но прижилось отлично.

(9) Yer = your (вашим(и), твоим(и)).

(10) Flure = floor (пол).  Trotters - «ноги», «лытки», «бабки» (в первую очередь, ноги парнокопытных в кулинарном смысле и, иногда, лошадей).

(11) Букв. «склони».

(12) Букв. «имели кучу веселья» (lots of fun).  Lot, первоначально, «надел», «удел», «отдел».  Отсюда русское «лоток».

(13) Букв. «почувствовал, что голова потяжелела».

(14) Слово «wake», переводимое как «поминки», означает буквально «бодрствовать» или «бдение».  Есть еще омоним, означающий «след на воде», «кильватер», «путь, пройденный кем-либо ранее».  Эту многозначность использовал, в частности, Джеймс Джойс в своем романе, озаглавленном им так же, как эта песня.  Она усугубляется еще и тем, что слово Finnegan’s (притяжательный или «владетельный» падеж от фамилии «Финнеган» - «Финнегана», «Финнегановы») на слух не отличимо от Finnegans - «Финнеганы».  Поэтому это словосочетание можно перевести в целом как «Финнеганы не спят».

По сравнению с современным русским поминальным обычаем, у ирландцев все наоборот.  Собственно, в песне все подробно описано: сначала приглашенные напиваются в присутствии покойного, говоря все, что в таких случаях положено, а потом несут его на кладбище.

(15) Букв. «выложили», что добавляет иронии.

(16) Темное пиво.  Всем известный Гиннес принадлежит к той же категории.

(17) Ланч - это второй завтрак, принимаемый около полудня.  Наверняка, слово выбрано потому, что легко рифмуется с «punch», но, одновременно, это намек на то, что собравшиеся намерены пить долго и упорно.

(18) Пунш в данном случае может подразумевать самый широкий спектр напитков от, собственно, виски (дистиллята ржаного и солодового сусла) до так называемого «ирландского чая», представляющего собой смесь всех имеющихся в баре или доме напитков, зачастую еще и разогретую на огне (как грог).  Упоминание в дальнейшем о «ведре виски» косвенно свидетельствует в пользу последней гипотезы.  Собственно, современная западная барно-коктейльная традиция употребления алкоголя сформировалась во многом под влиянием ирландской.

(19) «Бидди» - уменьшительная форма имени «Бриджет» или «Бриджит».  Во времена формирования текста этой песни означало также сварливую бабу, вероятно, от слова «bid» (требовать).

(20) «Auvreem» - междометие непонятного происхождения.  Понятно, по какому принципу оно возникло именно здесь, но смысл именно этого сочетания звуков неясен.  Возможно, «over him» или «over rim» (аналогично, например, русским матерным присказкам: «налево через дышло» и т. п.), но это уж очень экзотическая гипотеза.  Поэтому перевел, подставив по тому же принципу первое пришедшееся в рифму междометие.

Говорят также, что это слово означает нечто вроде "дорогой", возможно, по-гэльски, но об этом я компетентно судить не могу.

(21) Букв. «работу».  В некоторых вариантах поется «took up the cry», но это не рифмуется со словом «gob».

(22) «Gave belt», букв. «дала ремня», но ремень здесь ни при чем, потому что имеет место замена фонетически сходным словом, похожим на «beat» (бить), «battle» (битва), «beans» (бобы; «to give beans» - дать «на орехи» и т. п.).

(23) Слово «gob» звучит довольно грубо даже по нынешним меркам.  «Глотка» - перевод очень приблизительный.  В смысловом поле этого слова очень важен момент поглощения, но, одновременно, и изрыгания: сродни глаголу «to gobble» (поглощать, но и кулдыкать (как индюк), бормотать), откуда «гоблин».

(24) Завязываются (engage) обычно бои, схватки, но тут все точно по тексту: именно война.

(25) Shillelagh  - Шиллейла(х) - деревня в Ирландии и получившая название от нее традиционная ирландская трость (как правило, из терновника, откуда ее характерная, с остатками шипов форма).  Использовалась как средство самообороны и даже решения споров в порядке божьего суда.  Поэтому правомерна аналогия Shillelagh law (закона (или права) дубины) с французским «droit d’epée» (букв. «право меча», «право сильного»).

(26) Глагол «to duck» (от «duck» - утка) передает идею подныривающего движения головой и/или всем телом вперед или вбок, характерного для водоплавающих.

(27) Все тот же «liquor».

(28) Здесь употребляется «приличное» британское слово «spirits», означающее «спиртной напиток».  Употребляется не просто так, а потому что может быть понято также как «настроение» (ср. «high spirits» - хорошее настроение), а также «дух», «присутствие духа».

(29) Вероятно, от «Trojan horse» (троянский конь) из выражения, в котором слово «троянский» присоединилось к слову «конь» для усиления и иронии (ср. русск. «конь педальный» или «фаллический культ» вместо просто «культ»).  Затем слово «конь» отпало за очевидностью и ради благозвучия.  Характеризует энергичного и упорного человека, зачастую выполняющего много бесполезных действий или работы (ср. русск. «как Савраска», «как ужаленный» или даже «как вол»).

Ссылки на Илиаду не проканывают, поскольку, даже если Гомер и отзывается о троянцах как об исключительно трудолюбивых, упорных и изобретательных, сколь-нибудь заметной роли в повествовании это не играет.

(30) Walup = wallop (лупить, дубасить).

(31) В оригинале, букв. «гремящий/громыхающий Иисус».

rougelou: (Default)


Привести все изложенное ниже в более-менее читабельный вид (порядком это назвать сложно) сподвиг меня провокационный пост Юлии Тимофеевой: http://arhetip-v.livejournal.com/124097.html, за что ей огромное спасибо, поскольку иначе я ничего подобно не выдал бы.  Потому что, зачем писать, когда все и так ясно. :-)

___________________________________


В порядке пропедевтики нескромно сошлюсь на самого себя: http://pranava.livejournal.com/24251.html (абзац № 8 с начала; а для полной ясности - все, с начала до конца).

По-моему, эта сказка не про женщину и даже не про мужчину.  Любые психологические интерпретации всегда казались мне притянутыми в связи с ней за уши, и, как я теперь понимаю, не зря.  Потому что сказка космогоническая, прежде всего.

А, если психологическая, то она про некое достижение духовного порядка, в описании которого женскость лягушки и царевны не имеет определяющего значения, не говоря уже о том, что последняя никак не может быть реальной женщиной.  Скорее, она - вообще все, что может быть у героя: его сила, красота, способности (преимущественно, «волшебного» в нашем понимании свойства) - то есть, не просто анима, как «душа» или «псюхе» («Псюша, Псюша, Псюша - юбочка из плюша» :-)).  Кощей же сиречь тело (ср. санскр. «коша», русск. «кошель», «кошелка» и т. п.), в которое все это заключено, как в тюрьму.

Да, очень легко увидеть в лягухе «зачморенную женсчину», а в ее коже - юнгову тень этой женщины.  Но тогда без объяснения остается не только Кощей (не анимус же это ее!), но и, что более существенно, все дальнейшие предметы и явления, включая не только Ягу (которой еще можно придумать какую-нибудь «роль») и все ее атрибуты - избушку, печку, ступу, метлу, клубок - но также волка, медведя, зайца, утку, сундук на дубу и т. п., которых еще никому из психологов не удавалось втиснуть при мне в одну и ту же версию так, чтобы она не развалилась.  По фабуле сказки, все это не имеет к прямого отношения к самой Царевне, поскольку служит описанию перипетий Ивана в ходе ее поиска.  Сама же она появляется только в начале (демонстрируя свой потенциал) и в конце (ничего уже не демонстрируя).

Ко всему этому, есть еще отец Ивана (царь), два его старших брата и их жены, про которых я, вообще, никогда не встречал ничего вразумительного кроме того, что собираюсь рассмотреть ниже.

Итак, Иван - оставим пока за скобками вопрос о том, кто он сам такой - находит в болоте (то есть, в хаосе; болото - от слова «болтать») вселенную в непроявленном состоянии и забирает ее себе, несмотря на неприглядную внешность, поскольку не сомневается, что она предназначена ему, то есть, веря в свою судьбу.  Находит он ее с помощью стрелы, то есть концентрации энергии на цели, которая ясна ему в принципе, но содержание которой для него темно.  Лягушачья кожа и ее облик в целом, в данном случае, символизируют трансцендентность, непроявленность предмета выбора до тех пор, пока тот не сделан.  Попав к нему домой, лягушка начинает выполнять задания царя-отца (кстати: почему она именно царевна? не дочь ли она ему тоже?), все еще скрывая свою истинную сущность ото всех, включая самого Ивана, то есть проявляется в виде отдельных достижений, условно говоря, сиддх.  И лишь в последний раз она оказывается вынужденной явить себя как таковая, то есть, ничем не ограниченная творческая сила и абсолютная красота, которая не может быть ни интериоризирована Иваном, ни взята им под контроль, поскольку для того, чтобы быть собой (то есть, беспредельной и всевозможной), должна сохранять связь со своим исходным бытием (хаосом), символизируемую кожей.  Не понимая этого, Иван сжигает кожу, и царевну тут же похищает Кощей, то есть она оказывается во власти тела - представления Ивана о собственной отдельности и ограниченности, делающего невозможным любые эффекты беспредельности, непредсказуемости и творчество вообще.

Дальнейшее - краткое пособие по технологии возврата власти над миром, интерпретировать которое необходимо очень тонко и точно, поскольку любая ошибка может быть чревата последствиями, которые человек не особенно может и представить в силу почти полной неактуальности для сегодняшней практики и/или отвлеченности от нее же.  Возьму на себя смелость предложить свой - очень общий - вариант, который, конечно, не может являться руководством к какому бы то не было действию и т. д. и т. п.  Поэтому любой, кто воспользуется им на свой страх и риск, будет рисковать и бояться сам. :-)

Сначала Баба-Яга.  Это жертва (ср. санскр. «ягья»), причем не просто, а традиционно сваргийская, огненная.  Поэтому отнюдь не случайно живет она в избушке на курьих ножках: корень «-кур-» непосредственным образом связан с дымом и огнем (ср. русск. «курить», лат. «curare» - первоначально, «окуривать» или «окружать огнями»).  Здесь имеет место уже упомянутый мною по ссылке вверху принцип омонимической метафоры: слово «кур» (петух) или «курица» просто созвучно.  Вполне возможно, что рассказчики о метафорах в таких случаях не задумывались, а просто воображали себе то, что казалось им «логичным», заменяя семантически неактуальный дым ногами.  Так это, или нет, мы, возможно, не узнаем никогда.  Как бы там не было, настоящая Баба-Яга живет (а, учитывая наличие «ног», не просто живет, а перемещается) в языках пламени и/или клубах дыма, поскольку и те и другие поднимаются кверху - в локус богов, к которым принято обращаться с помощью огня (боги, в свою очередь, отвечают водой - дождем).  Анатомически, обитель богов (Сварга-лока) находится на уровне солнечного сплетения (манипура-чакры), поэтому, вероятно, огонь необходимо возжечь уровнем ниже.  Возможно, речь идет о целой области (как, например, нижний даньтянь китайской «внутренней алхимии»).  При этом Ивану удается не сгореть в ягиной печи самому (то есть, не войти во «внутреннее пространство материи» - центральный канал позвоночника - уже на этом уровне), после чего он устанавливает с Ягой контакт (в некоторых вариантах, нейтрализует ее) и получает путеводную нить, которя, в отличие, например, от нити Ариадны, не тянется за ним, отмечая путь, а сама указывает его, разматываясь из клубка.  Предположительно, речь идет об этапе внутреннего алхимического «деланья», лучше всего описанного у Ян ЦзунМина (кому интересно, могу сказать, где точно), который у китайцев принято считать «формированием бессмертного зародыша».  Происходит это на так называемом «желтом дворе» (хуан-тин) в солнечном сплетении, анатомически соответствующем манипуре, а космогонически - Божественной Сварге.

Нить, являющаяся из клубка-зародыша (почти наверняка, центральный канал), ведет к дереву, на котором сундук.  Сундук - это грудная клетка, в котором заключен центр человеческого существа, его, в буквальном смысле, солнце.  Чтобы открыть сундук, нужно вырвать дерево, то есть лишить собственное я укорененности в видимой реальности, привязанности к конкретным проявлениям.  Начиная отсюда, на помощь Ивану начинают приходить способности («сиддхи»), приобретенные на предыдущих этапах пути и символизируемые животными.  Что такое медведь, я не могу сказать с определенностью.  Возможно, это омонимическая метафора оголения корней и/или вскрытия сундука (см. статью о животных по ссылке в начале статьи), но не исключено также, что корень «бер» («бр») родственен корням таких слов, как «бормотать», «бурчать», что наводит на мысль о некой методике, родственной мантре.  Заяц - это «эмонциональный ум», «ум сердца», который сразу же начинает метаться, но Иван возвращает его в центральный канал с помощью отрешенности (санскр. «вайрагья») и, возможно, также словесно-звуковых приемов. Все это символизирует волк («варг»; ср. «ворковать», «ворчать»).  Здесь он приближается к краю (см. про утку по ссылке вверху), поскольку появляющаяся из зайца утка соответствует аджне - двухлепестковому лотосу, крылатому солнечному диску и т. п. - который возносит его, позволяя обозреть все пространство сверху, но, одновременно, лишает опоры и ориентиров: на этом этапе сознание может заблудиться в порожденных им же образах и целых реальностях.  На помощь приходит сокол, то есть способность к сосредоточению, позволяющая Ивану обрести чувство направления на новом уровне и впервые выйти за пределы узилища (в виде как собственного тела, так и проявленной Вселенной, то есть яйца), после чего он утрачивает с ним связь, оказавшись «во тьме кромешной» или, буквально, в водах первичного океана.  Что происходит дальше, мне почти непонятно, а точнее, невыразимо словами.  Ясно только то, что нечто ищущее (символизируемое в данном случае щукой, но имеющее в других родственных сюжетах облик, например, дракона или даже русалки) восстанавливает эту связь, но уже на новом уровне, отдавая телесное и вселенское яйцо в руки (то есть, во власть) сознания, для которого оно уже не является тюрьмой.  После этого оно может делать с ним все, что угодно.  Теперь Иван может расправиться с Кощеем, сломав (уничтожив, лишив необходимости) иглу (центральный канал, внутреннее пространство материи), поскольку внутреннее и внешнее теперь для него едины и не обусловлены различными уровнями проявления («чакрами»).  С этого момента он может свободно актуализировать себя в любом пространстве и любое пространство в себе.  Это и есть полнота власти над миром в единстве сознания и материи, которую сознание воспринимало до сих пор как нечто от себя отдельное.  Собственно, и Василисой царевну зовут чаще всего неслучайно. :-)

Помимо лягушки ("мандуки"), ключ к пониманию сюжета этой сказки заключается в имени "Иван".  Дело в том, что у его братьев, равно как и у царя, в любой из «народных» версий данного сюжета имен нет.  Вопреки тому, что врут на голубом глазу попы, оно не восходит к арамейскому "Йоханаан" (которое, действительно, популярно в Европе: Johann, John, Jean, Juan etc.), а гораздо более древнего происхождения, причем, в отличие от последнего, не составное (букв. «Иегова пожалел/снизошел»), а имеет единственный корень.  Несколько видоизменившись фонетически, оно сохранилось в кельтских (и не только) языках: ср. "Ивейн" (Ywain, Yvain) артуровского цикла (совр. Euan, Iwan, Owen), или "Айвенго" (Ivanhoe, почти Иванко :-)) - вполне реальное имя, выбранное Вальтером Скоттом для своего героя.  Различие с иудейским псевдо-прототипом и его современными западноевропейскими деривативами провести просто: для записи имен, родственных Ивану, никогда не использовалась и не используется эразмова буква "j", потому что в них отсутствует йотирование: с древности до сих пор.

Данная особенность проявляется неизменно: первый "и" древних арийских (сваргийских) имен собственных почти никогда не йотируется, несмотря на десятки веков уподобления: Изольда (Исеульт), Ингвар, Игрейн, Игорь и т. д.  Единственное известное мне исключение (да и то, не стопроцентно вероятное) - ведийский Яма, образ которого очень уж очевидно тождественен (или аналогичен?) образу персидского Имы или германского Имира.  Однако, за этой очевидностью может скрываться ловушка, потому, например, что у индусов герой гораздо более близкого - почти буквально того же, что и в Эдде - мифа о первочеловеке, из тела которого создан мир, зовется Пурушей.  Но это может быть, просто, еще один эпитет и, вообще, вопрос особый.

Что же значит "Иван"?  Не вдаваясь сразу в подробности, скажу, что, по наиболее распространенной версии, корень этого слова «деревянный»: по-валлийски, тис - ywen, по-исландски - yr, по-литовски ieva - черемуха, по-английски тис - yew и т. п. вплоть до гипотетического праиндоевропейского «ui», то есть, почти «ви», как в русском слове «вить».  Возможно, это один из эддийской троицы  строителей Вселенной из тела Имира - Вили или Ве.  Кроме того, в общем для любых вариантов сваргийской мифологии и эпоса сюжете о трех братьях, Иван - третий сын, подобный, например, персидскому Траэтаоне (совр. «Фаридун»).  Символически, третий по счету член любой подобной триады и, особенно, третий сын - это третий уровень проявления сознания, когда человеком овладевает "категорический императив трансценденции" :-) - результат осознания себя не тождественным воспринимаемой реальности, чем-то большим ее.

Из трех традиционных каст, Иван принадлежит к магам и жрецам: первый брат воин (в поздних вариантах сказки его стрела находит дворянскую дочь), второй - земледелец (в поздних вариантах - торговец, поскольку женится на «купеческой» дочке).  В конкретных случаях Иван может быть хоть крестьянским, хоть бычьим сыном - суть от этого не меняется, подобно, например, тому, как в различных пересказах былин Илья Муромец становится то тем же крестьянским сыном, то, вообще, «старым казаком», хотя в ранних вариантах сюжета он сын мурмана, то есть, однозначно, воин, причем северного (скорей всего, скандинавского) происхождения.  В более-менее близком к исходному виде, из изначальной былинной троицы сохранился только Микула Селянинович (как его звали в начале, мне неизвестно), а Алеша Попович - продукт уже почти современного «переосмысления» образа волшебного стрелка (ср. нем. "Zauberschütze").  Добрыня Никитич, скорей всего, сюжетный дубль, «конкурент» Ильи Муромца с более как бы русскими корнями, включенный в троицу по идеологическим соображениям (предположительно, конечно).

Неуклюже резюмируя (поскольку писать я уже изрядно заколебался :-)), можно сказать, что Иван путешествует по древу, одновременно, тела, мира и духа, сам будучи чистым сознанием, выраженном в аспекте внимания, сосредоточения.

rougelou: (Default)
Чем прилично заниматься?  То есть, чем прилично заниматься "приличному человеку"?

Еще сравнительно недавно - лет 100 назад - ответ был однозначным.  Причем, не где-нибудь, а в самой, как принято считать, цитадели современного торгашества и бездуховности.  Подобающими джентльмену считались три занятия: army, navy, law.  Последнее - с большой натяжкой, как дань необходимости политику быть сведущим в правовых вопросах.  Считать, что англичане всегда все делали чужими руками и горазды только на подлости да всяческий "пеар", значит, упускать из виду половину общей картины, как минимум.  Империя (как и любое государство) была создана военной силой, основу которой составляли люди родом из Британии в мундирах цвета бога войны, воспитанные не в садо-педерастических интернатах, а на полях и морях сражений.

Эдвардианство стало последним взбрыком (или всхрюком?) традиционной для пресловуто обремененного белого человека системы ценностей, после которого его эра окончательно завершилась победой паранойяльного, истеричного и хитрожопого бога креолов, которому и имени-то нормального нет.  Образы героев этого и чуть более позднего времени, вроде, скажем, Лоренса, несут на себе печать пресыщенности, извращенности и декаданса.  Они все еще действуют "по-марсиански", но все больше косвенно: провоцируя, внося смуту, даже предавая.  Последним пристанищем воинских добродетелей и романтики становится литература.

Именно в это время в широкий языковой обиход проникает слово, бывшее до этого эвфемизмом любого рода торговли.  Само слово "business" имеет очень широкий спектр значений, включая предельно общие: не только "занятие", но и "дело" вообще, в том числе, в переносном смысле (ср. "death is a lonely business"), однако в другие языки оно стало проникать, прежде всего, как "приличное" название коммерческой деятельности.  Это значило, что если раньше не стыдно было говорить только о войне и политике, а все остальное обобщалось пренебрежительным термином "занятия", теперь именно эти "занятия" стали основным делом не только буржуа, но и жантийомов, тут же переставших быть таковыми.

И по-другому не было никогда.  Начиная войну, латины первым делом открывали ворота храма Марса, как бы выпуская его наружу.  Именно поэтому его называли, в частности, "Марс Грядущий" (Mars Gradivus).  И любой, кто хоть чуть-чуть взыскует смысла, понимает, что иначе и быть не может.  Потому что иначе - утрата не только смысла, понимания происходящего, но и идентичности, родства - всего, что можно было бы назвать в этом мире собой.  Человек должен быть призван - именно призван к чему-то большему, чем обеспечение сиюминутных потребностей капризного и вечно ломающегося "скафандра".  Понимание этого ощущается даже в "исторически адекватном" (то есть, учитывающем представления современных историков) английском сериале со стереотипно фиговым и конъюнктурным подбором актеров.  Несмотря на все условности, что-то движется внутри позвоночника, и сердце раскрывается в предчувствии того, что непременно прийдет.  И, возможно, мы еще успеем побыть его частью.

rougelou: (Default)

Принято считать, что способы обращения с человеческим трупом (условно говоря, похороны, хотя это слово означает только трупоположение) продиктованы соображениями эффективности.  Например, латины, индусы или викинги жгли его потому, что в местах их исконного обитания было много леса.  А, например, жители пустынь и полупустынь дерево берегли, и поэтому трупы закапывали или даже заваливали/задвигали камнями в естественных углублениях (как в истории с Иисусом из Назарета).  То же, кстати, касается и способов казни: соответственно, распятие, повешание, в крайнем случае, обезглавливание, и побивание камнями, зарывание в землю.

В эту красивую теорию не вписывается тибетская традиция, где способ утилизации определялся по астрологическим показаниям и мог (до сих пор может) быть любым, включая такой экзотический, как отдание на корм стервятникам и прочим диким падальщикам.  Кроме того, у каждого способа есть множество вариантов, выбираемых также по стечению стихий в гороскопе смерти.  Например, труп могли подвесить высоко, сделав недоступным для наземных животных, а могли расчленить и разбросать по земле, причем место разбрасывания тоже имело значение.  Его могли сжечь полностью или частично, а потом похоронить, либо, например, завалить камнями в пещере, или зарыть в могилу.

Знание тибетских обыкновений заставило меня задуматься о том, что подобная система, равно как и все остальные традиции обращения с телами после смерти, являются своеобразным карго-культом, то есть действиями, воспроизводящими некие реальные процессы как бы понарошку, в надежде, что сами эти процессы произойдут по-настоящему.  Одним словом, я заподозрил наличие в прошлом у людей (или у тех, с кого современные люди «берут пример» :-)) способности растворять свои тела в стихиях или трансформировать их с их же помощью.  Современные похоронные обряды просто воспроизводят эти события в надежде, что мертвые отправятся «куда надо».

В свете этого, предпочтение, отдаваемое тому или иному способу, многое говорит о людях, его использующих.  К тибетам, понятное дело, не прикапаешься, и спалить их тоже не удастся :-), поскольку хитры они зело, а вот тех, кто стабильно предпочитал или предпочитает что-либо, вполне можно вывести на чистую воду/огонь/землю/воздух.

Понятно, что никаких достоверных данных нет, и любые выводы будут лежать в плоскости предположений.  Но, как говорит героиня криминального сериала «Касл» (Castle): «Был мотив, была возможность - от суда пощады не жди». :-)  В конце концов, фоменкоиды и иже с ними рассуждают еще более безосновательно, и ничего: дурят народ - только в путь.

Первоначально, у тех, кто пользуется похоронными обрядами, смерть представляла собой буквальный «уход», то есть утрату телом субстанциональности или, по крайней мере, видимости.  Тело не разлагалось на «обычные» элементы, как происходит сейчас, а отправлялось в том или ином трансцендентном или даже метафизическом направлении вместе с хозяином, меняя свою суть.

Внешне это, вероятно, происходило, как и сейчас, четырьмя путями: сгореть, утонуть, провалиться сквозь землю, растаять в воздухе.  Есть еще пятый вариант, соответствующий пространству или эфиру - просто исчезнуть нахрен - но современными средствами в похоронном ритуале этого не воспроизвести.  С растворением в воздухе тоже проблемы, поэтому, технически, все сводится к различным вариантам сожжения, утопления и закапывания.  А также к их различным сочетаниям.

Самое в современном мире распространенное средство утилизации трупа - закапывание, трупопопложение.  Если в самой (согласно статистике) распространенной на планете религиии - христианстве - такой способ освящен традицией в виду шизового представления о необходимости сохранить «одноразовое» тело до страшного суда, то у более архаичных (но находящихся под влиянием буддизма, монополизировавшего сферу «кардинальных» обрядов) религий дальневосточных стран настолько ясного объяснения не найдется.  Тем не менее, насколько я знаю, привнесенный из Индии (с тем же буддизмом) обычай жечь покойных не очень там популярен.  Зато популярны божества связанные с подземным миром, даже буддийские, например, махасаттва Дицзан (санскр. Кшитигарбха, букв. «Лоно Земли»), которого не почитают как следует ни в одной из буддийских стран, помимо находящихся под прямым влиянием китайских сект - Японии, Кореи, стран Малой Азии и т. п. - да и там, далеко не везде.  То же, касается, кстати, Тибета, где крайне популярен Авалокитешвара (Ченрези), но Кшитигарбха народу почти не известен, несмотря на то, что в своих конкретных воплощениях (в виде традиций и школ) буддизм пришел в Китай именно оттуда и из Северной Индии, где в то время господствовали те же представления.

Можно предположить, что похороны путем «схождения в землю» каким-то образом связаны с теллурическими божествами, включая, например, индо-иранских нагов, а также подземным миром, земным лоном (как, скажем, обителью Кшитигарбхи), но эти божества присутствуют в мифологии народов, практиковавших (и, несмотря на позднейшие культурные влияния, продолжающих практиковать) сожжение и развеивание либо погружение в воду.  Вместе с тем, у всех народов-трупополагателей - что у ханей, что у евреев с арабами - имеется миф о сотворении (буквально, лепке) из глины или земли.  Соответственно, тела возвращаются в землю («пепел к пеплу, прах к праху») и, одновременно, остаются на месте, усиливая связь, по сути дела, с родной средой, породившей стихией.

Соответственно, народы, практиковавшие и практикующие сожжение (чаще всего в сочетании с развеиванием или опусканием в водоем: реку, озеро, море), не рассматривают землю в качестве своей родины, ни даже среды, от которой всерьез зависят.  Помимо, условно говоря «сваргийцев» (то есть, белых людей, в мифах которых присутствует так или иначе сюжет о небесной прародине), это можно сказать о некоторых племенах американских (особенно, североамериканских) индейцев, практиковавших не только сожжение, но и так называемые похороны в воздухе (на дереве или высоком помосте).

_______________________________

У всего этого есть еще один важный аспект.  Раз уж речь идет о том, что похоронный обряд имитирует некий реальный процесс "ухода", способность к которому имелась у жителей этой реальности в прошлом, разумно предположить, что приносимые, как считается, умершему в жертву люди (жены, слуги), а также животные (лошади, собаки), первоначально могли представлять собою его реальную свиту, совершавшую переход не то, чтобы просто добровольно, но с большой охотой, намереваясь не разлучаться и дальше.  Это, конечно, оптимистично на грани дурного вкуса, но какого лингама?! :-)  То, что в современной по сути еще Индии, из-за принудительной моногамии у вдовы зачастую не было никакой практической альтернативы самоубийству, не говорит о том, что так было всегда.

rougelou: (Default)
Спровоцировано обсуждением вот здесь: http://kolybanov.livejournal.com/7056644.html?view=12985348#t12985348

Со всеми предложенными флагами, вроде бы, все ясно.  Или, как говорят, "выбор очевиден".  Хотел бы напомнить только, что так называемый "андреевский" застолбили шотландцы, причем гораздо раньше.  И совсем немаловажно, что он является одной из трех составных частей Юнион Джека - флага Соединенного Королевства.

В целом же, мое мнение таково, что в вопросе о флагах и символике современную европейскую геральдику необходимо отмести полностью в связи с ее изначальной ограниченностью и произошедшим к началу 20-го века полным вырождением.  По-моему, флаг (как и вся государственная символика) должен иметь, по-возможности, реальный и конкретный (а не подразумеваемый) смысл, а также максимально конкретную, по возможности, форму: нести на себе понятные (или, на худой конец, просто близкие) людям изображения, а не какие-то там цветные полоски, которые можно интерпретировать то так, то сяк.

В этой связи вспоминается мне знаменитое стихотворение Рубцова, чувствовавшего проблему на очень глубоком, недоступном подавляющему большинству людей уровне: http://pranava.livejournal.com/49914.html

Иными словами, на флаге России (или ее империи) не должно быть крестов и непонятных (даже герольдам) куриц - вряд ли кто-нибудь из них знает, что так называемый "византийский" орел происходит от индийской Ганда-Берунды - а должна быть звезда.  То, что на флаге СССР она пятиконечная - совершенно неслучайно: такая же присутствует на янтре Шивы, то есть Рудры - красного бога-разрушителя Вед в его аскетической и абсолютной ипостаси.  Неслучайны и серп с молотом: символы, соответственно, времени (Сатурна, Махакалы) и громовержца (Перуна, Тора, Юпитера).

Но, как говорится, возможны варианты.  Все будет зависеть от того, какого рода метафизическая сущность (или сразу несколько) возобладает: чья это будет страна.  Лично мне (но не только мне) кажется, что Россия - единственная земля, над которой существует протекторат бога, сущность которого для современных людей максимально полно выражена в образе Урана: http://pranava.livejournal.com/58638.html  Он максимально отвлечен и беспристрастен - Вечное Небо моголов, Великий Ян ханей, возможно, Сварог утерянной славяно-скандинавской традиции (хотя, есть мнение, что он был вполне конкретен).  Он воплощает в себе правду и справедливость в самом высоком их выражении.  Везде у него есть более частные и функционально-ориентированные проявления (как бы сыновья и дочери), благодаря которым выходят на авансцену истории те или иные народы: для эллинов (обобщенно) это Зевс и Афина; для латинов Сатурн и Марс.  У русских же с этим всегда большая проблема: ничего своего и постоянного - сплошные влияния и заимствования.  То есть, "свое", безусловно, есть, но оно предельно - насколько, вообще, возможно, для человека - абстрактно и, поэтому, почти невыразимо словами.
rougelou: (Default)

Известно, что комментаторы - как современные автору, так и более позднего времени - широко расходятся в оценке содержания и смысла этого стихотворения, особенно, в части субъекта высказываний, выделенных у автора (и в переводе) курсивом.  Возможно, я придал ему несколько большую определенность, хотя и не имел такого намерения.

Не вдаваясь в подробности, замечу лишь, что Царь (King) не имеет права прощать, поскольку сам подлежит "железному" закону действительности, над которой не имеет никакой власти.  Поэтому, пытаясь простить Боярина (Baron), он, на самом деле, рассчитывает на его сочувствие, признавая его равным себе.  А вот, так ли это, - большой вопрос.
Не является ли Боярин, несмотря на свое подчиненное положение  в этой реальности, существом иного уровня, иной даже природы?  На мой взгляд, его поведение по отношению к результатам собственных действий (включая фактический отказ от "Сил и Престолов") косвенно об этом свидетельствует.


Несмотря на известный, свойственный Киплингу как бы формализм и даже излишнюю, на взгляд некоторых, рациональность, проявляющуюся в структуре его стихотворных произведений, я убежден, что многие из них и, особенно, это, являются "стихами" в первозданном смысле слова - емкими и законченными, каковые не могут быть созданы иначе, как по вдохновению (стиху). Уверен, что это ощущает любой непредвзятый читатель.


Для того, чтобы это можно было почувствовать и в переводе, я решил максимально сохранить свойственные оригиналу и манере Киплинга в целом жесткость, конкретность и прямоту.  С этой целью мне пришлось прибегнуть к нескольким "финтам".


Во-первых, я попытался сохранить размер. Надеюсь, это удалось: настолько, насколько позволяет "русская медлительная речь".  Во-вторых, (отчасти ради сохранения ритма, отчасти для вящей естественности) лексика претерпела "русификацию".  Получилось, вопреки ожиданиям, вполне уместно.  Так, Baron превратился в Боярина, а King (который этимологически никакой не "король", а "конунг" и "князь") - в Царя.  Конечно, от этого текст утратил специфический амбьянс европейского феодального средневековья, но это, как ни странно, картины не испортило. Наоборот, подобный поход позволил более ярко проявить ассоциативный пласт, не обнаженный столь явно в оригинале: в переводе, вместо слова "master" применительно к Железу употребляется кое-где слово "царь", что более явно противопоставляет его Царю - герою стихотворения.  В общем, можно сказать, перенос на русскую почву прошел успешно.

Здесь можно усмотреть и еще один важный момент.  Царь побеждает Боярина, в сущности, технически: расстреливая его рыцарей из пушек.  На что надеется Боярин, идя в заведомо смертный бой?  Что он может противопоставить Железному Закону, воплощенному в чугун пушечных ядер?  Не обернется ли этот закон впоследствии против победителя?

Он говорит, что хотел показать, как этот закон действует в отношении всех, включая его самого, но что из этого следует?  Судя по всему, Боярин понимает его так: раз сила безусловна, нет необходимости сдаваться на милость кого бы то не было.  Нужно иметь дело с последствиями своих деяний самому.  Возможность иного - лишь видимость.

Радьярд Киплинг


ХЛАДНОЕ ЖЕЛЕЗО


(перевод Вадима Румынского)


"Злато любимой, серебро для дев,

Медь получит мастер, в деле преуспев!"

"Так!" – рек Боярин, что был доселе нем,

"Но Хладное Железо – господин им всем".



И поднять крамолу на Царя посмел:

Осадивши город, сдаться им велел.

"Ну уж нет!" – ответил со стены пушкарь,

"Будь Хладное Железо теперь над вами царь!"

Горе Боярину и войскам его,

Что побиты ядрами все до одного!

Скованный, в темнице он теперь сырой

И Хладное Железо – одно тому виной.


Добрый Царь, однако, такую начал речь:

"Что, коль отпущу тебя и верну твой меч?"

"Нет! И не смейся над моей судьбой!

Ведь Хладное Железо – царь и над тобой".


"Плачет пусть робкий, молит пусть глупец,

Повод – бесхребетному, кому тяжел венец".

"Чем страшней потеря, надежда меньше тем,

Ведь Хладное Железо – господин нам всем".

Все же Царь ответил (много ли таких!):

"Вот мой Хлеб, а вот Вино – садись, отведай их.

Ешь и пей за Деву, мне памятные дни,

Когда Железо Хладное царило над людьми".


Благословил он Чашу и Хлеб рукою взял,

Протянул Боярину и после лишь сказал:

"Вот Руки, что пронзили гвозди за Моей стеной,

Ведь у Железа Хладного есть власть и надо Мной".

"Рану стерпит дерзкий, боль сильный лишь снесет,

Мирра и бальзам – сердцам, чьим ранам прерван счет.

Я прощу измену и все верну затем,

Что Хладное Железо – господин нам всем!"


"Ждет венец героя, скипетр – храбреца,

Силы и Престолы – тем, кто не отступится!"

"Нет!" – сказал Боярин, склонясь пред алтарем,

"Хладному Железу всем нам быть царем!

Крестному железу – быть нам всем царем!"


_______________


Rudyard Kipling


COLD IRON



GOLD is for the mistress - silver for the maid" -

Copper for the craftsman cunning at his trade!"

"Good!" said the Baron, sitting in his hall,

But Iron - Cold Iron - is master of them all."


So he made rebellion 'gainst the King his liege,

Camped before his citadel and summoned it to siege.

"Nay!" said the cannoneer on the castle wall,

"But Iron - Cold Iron - shall be master of you all!"


Woe for the Baron and his knights so strong,

When the cruel cannon-balls laid 'em all along;

He was taken prisoner, he was cast in thrall,

And Iron - Cold Iron - was master of it all.


Yet his King spake kindly (ah, how kind a Lord!)

"What if I release thee now and give thee back thy sword?"

"Nay!" said the Baron," mock not at my fall,

For Iron - Cold Iron - is master of men all."

"Tears are for the craven, prayers are for the clown

Halters for the silly neck that cannot keep a crown."

"As my loss is grievous, So my hope is small,

For Iron - Cold Iron - must be master of men all!"


Yet his King made answer (few such Kings there be!)

"Here is Bread and here is Wine - sit and sup with me.

Eat and drink in Mary's Name, the whiles I do recall

How Iron - Cold Iron - can be master of men all."

He took the Wine and blessed it. He blessed and brake the Bread

With His own Hands He served Them, and presently He said:

"See! These Hands they pierced with nails, outside My city wall,

Show Iron - Cold Iron - to be master of men all."


"Wounds are for the desperate, blows are for the strong.

Balm and oil for weary hearts all cut and bruised with wrong.

I forgive thy treason - I redeem thy fall

For Iron Cold Iron - must be master of men all!"


'Crowns are for the valiant - sceptres for the bold!

Thrones and Powers for mighty men who dare to take and hold!'

"Nay!" said the Baron, kneeling in his hall,

"But Iron - Cold Iron - is master of men all!

Iron out of Calvary is master of men all!"


_______________



GOLD is for the mistress - silver for the maid" -

"Золото - для возлюбленной (любовницы), серебро - для девушки (служанки, горничной),

Copper for the craftsman cunning at his trade! "

Медь - для ремесленника, искушенного в своем ремесле!"

"Good!" said the Baron, sitting in his hall,

"Хорошо!" - сказал Барон, сидящий в своем чертоге -

But Iron - Cold Iron - is master of them all."

"Но Железо, Холодное железо - господин (хозяин, учитель) их всех".

So he made rebellion 'gainst the King his liege,

[И] вот, он поднял восстание против Короля, своего сюзерена,

Camped before his citadel and summoned it to siege.

Стал лагерем под его цитаделью и предложил ей сдаться.

"Nay!" said the cannoneer on the castle wall,

"Нет!" - сказал канонир (пушкарь) на стене замка,

"But Iron - Cold Iron - shall be master of you all!"

"Ибо Железо, Холодное железо должно быть господином (хозяином, учителем) всем вам!"

Woe for the Baron and his knights so strong,

Горе Барону и его рыцарям, столь сильным,

When the cruel cannon-balls laid 'em all along;

Когда жестокие (жесткие) пушечные ядра уложили их всех подряд;

He was taken prisoner, he was cast in thrall,

Он был взят в плен, он был закован в оковы,

And Iron - Cold Iron - was master of it all.

И Железо, Холодное железо было господином (хозяином, учителем) всему этому.

Yet his King spake kindly (ah, how kind a Lord!)

Все же, Король заговорил милостиво (добро) - сколь добр этот Господин (Господь)!

"What if I release thee now and give thee back thy sword?"

"Что, если я освобожу тебя и верну тебе твой меч?"

"Nay!" said the Baron," mock not at my fall,

"Нет!" - сказал Барон - "Не не насмехайся над моим падением,

For Iron - Cold Iron - is master of men all."

Ибо Железо, Холодное железо - господин (хозяин, учитель) всех людей".

"Tears are for the craven, prayers are for the clown

"Слезы - для труса, молитвы (просьбы, мольбы) - для клоуна (шута),

Halters for the silly neck that cannot keep a crown."

Узда (повод, ошейник) - для глупой (бестолковой) шеи, не могущей нести корону".

"As my loss is grievous, So my hope is small,

"Насколько прескорбна моя утрата, настолько мала и моя надежда,

For Iron - Cold Iron - must be master of men all!"

Ибо Железо, Холодное железо должно быть господином (хозяином, учителем) всех людей".


Yet his King made answer (few such Kings there be!)

Все же Король ответил - мало таких Королей бывает!

"Here is Bread and here is Wine - sit and sup with me.

"Вот Хлеб и вот Вино - садись, отужинай (вечеряй) со мной.

Eat and drink in Mary's Name, the whiles I do recall

Ешь и пей во имя Марии, времен, которые я помню,

How Iron - Cold Iron - can be master of men all."

Как Железо, Холодное железо может быть господином (хозяином, учителем) всех людей".

He took the Wine and blessed it. He blessed and brake the Bread

Он взял Вино и благословил его. Он благословил и преломил Хлеб

With His own Hands He served Them, and presently He said:

Своими Руками Он подал Их и тогда сказал:

"See! These Hands they pierced with nails, outside My city wall,

"Смотри! Эти Руки пронзены гвоздями за стенами Моего города

Show Iron - Cold Iron - to be master of men all."

[Чтобы] показать, что Холодное железо должно быть господином (хозяином, учителем) всех людей".


"Wounds are for the desperate, blows are for the strong.

"Раны - для отчаянного, удары - для сильного.

Balm and oil for weary hearts all cut and bruised with wrong.

Бальзам и масло для усталых сердец, израненных и избитых неправдой (кривдой).

I forgive thy treason - I redeem thy fall

Я прощаю твою измену, я возмещаю (восстанавливаю) [последствия] твоего падения,

For Iron Cold Iron - must be master of men all!"

Потому что Холодное железо должно быть господином (хозяином, учителем) всех людей.


'Crowns are for the valiant - sceptres for the bold!

"Короны - для доблестных, скипетры - для храбрых!

Thrones and Powers for mighty men who dare to take and hold!'

Троны (Престолы) и Силы [атрибуты ангелов] для могучих людей, дерзающих брать и удерживать (владеть)!"

"Nay!" said the Baron, kneeling in his hall,

"Нет!" - сказал Барон, преклоняя колена в своем чертоге,

"But Iron - Cold Iron - is master of men all!

"Но Холодное железо - господин (хозяин, учитель) всех людей.

Iron out of Calvary is master of men all!"

Холодное железо из Креста (с Голгофы) - господин (хозяин, учитель) всех людей.

rougelou: (Default)
Даже если, как неизбежно скажет кто-то, именно этот автор слегка приукрашивает. :-)



Postée à l'origine par [livejournal.com profile] prorub sur Была нормальная страна.

1983 год, студенческая пьянка в общежитии ЛГУ, куда случайно затесался и я, старший лейтенант СА. Один из студентов, бармалеевского вида араб из северной Африки, возрастом лет под тридцать, начинает ругать нашу страну и порядки в ней.

По ходу разговора выясняется, что этот сын очень высокопоставленных родителей 5 лет отучился в Сорбонне и ещё 5 лет в каком-то  американском универе, прежде чем его родители, креативные, я считаю, ребята, для разнообразия задвинули его для продолжения обучения ещё и в Ленинградский.

Претензии данного персонажа к моей стране заключались в следующем: Вот мы здесь уже напились и теперь я хочу бабу. У меня очень много денег - достаёт из кармана пачку и демонстрирует окружающим. В любой НОРМАЛЬНОЙ стране, для того чтобы поиметь желаемое мне достаточно было щёлкнуть пальцами, а у вас, если на улице или здесь, в общежитии предложить женщине деньги, то получить можно только по морде - ненормальные вы тут  все, одним словом.

Спорить с ним никто не пытался, все просто хохотали, как над клоуном. Вот тут меня пробила нереальная гордость за свою страну и наших женщин. А ещё я гордился тем, что из всех европ и америк наша страна самая нормальная. Сегодня мне нечем гордиться, мораль, вывернутая наизнанку завоевала и мою страну.
rougelou: (Default)
Мне (см. указание на источник ниже) известно об Индре три истории:

№ 1.

У последнего царя Арьяны (потомка Брахмы, а его собственное имя забыто) долгое время не было детей.  Он спросил пророчества у жриц Лабиринта, и пифия ответила ему: "Твой сын родится весной".

А через несколько дней его жена поняла, что беременна.  По всем расчётам так и сходилось, что ребёнок должен родиться весной, но весна в том году так и не наступила.

Началась вечная Зима, и арья, покинув свою страну, двинулись на юг (юго-восток) в поисках земель, свободных от снега.

Этот поход длился семьдесят лет, и всё это это время царица не старилась, и оставалась беременной.
(Есть версия о том, что она сама просила ребёнка не рождаться в этот ужасный мир вечного снега и постоянных войн.)

И вот, когда остатки вымирающего народа арья перебрались через горы Хинду и хотели спуститься в долину, на их пути встало огромное войско дасов.

И хотя кшатрии арья сражались неистово, их было слишком мало, чтобы победить.

Дасы загнали арья обратно в горы, в снега.

Они поставили перед арья условие: если те хотят выжить, пусть бросят оружие, и, спустившись вниз, станут рабами.  Если же нет, пусть умирают от голода и холодов на леднике.

Некоторые кланы арья согласились на эти условия.  Они разоружились и сдались в плен и рабство.

Но другие остались в горах, рассудив, что лучше потерять жизнь, чем волю.

Царица видела, как умирает её народ.  В конце концов, она приняла решение идти вниз с небольшой группой брахманов и кшатриев и вступить в переговоры с царём дасов, чтобы попытаться вымолить у него приемлемые условия капитуляции.  В качестве платы за сохранение жизни и свободы её народу царица собиралась предложить дасам Ваджру - меч своего мужа (сам царь погиб в сражении много лет назад).

Этот меч был таков, что его не мог в одиночку поднять обычный человек.  Только прямые потомки богов могли поднять его и пользоваться им.  Обычных же людей требовалось девять или двенадцать человек, чтобы лишь нести этот меч.  Как раз столько мужчин и должно было сопровождать царицу на пути вниз.

И вот, когда посольство арья достигло нижней границы снегов, царица попросила воды.

Один из воинов, зачерпнул своим шлемом воду из лужи тающего снега и протянул шлем царице.

Как только она сделала глоток талой воды, ребёнок шевельнулся в её утробе.

И он спросил её: "Мать, зачем ты несёшь меня в рабство, когда с тобой идут воины, способные понять меч?"

Царица ответила: "Эти воины едва несут меч вдевятером, ибо никто из людей не может поднять его в одиночку.  Это не оружие, а обуза!"

Тогда ребёнок воскликнул: "Так их девять!  Мне хватило бы и семерых для нападения и победы".

В этот миг у царицы начались схватки, и через несколько мгновений она родила сына.

Он родился сразу же вместе с плацентой, которую сжимал в левой руке.

Едва родившись, ребёнок встал на ноги и сам вышел из шатра.

Он сам искупался в тающем снеге, смыв с себя кровь матери.

И он приказал изумлённым воинам: "Принесите мне меч моего отца".

Когда те исполнили приказ, ребёнок легко поднял меч правой рукой и сам перерезал свою пуповину.

Он бросил плаценту собаке, принадлежащей одному из воинов, и та превратилась в огромного белого волка, и младенец оседлал его.

Для младенца не нашлось одежды, и он закутался в шкуру "последней коровы", из которой был сделан шатёр царицы, а голову накрыл тем самым шлемом, из которого его мать пила талую воду.

И он сказал воинам: "Вас девять, а после битвы останется семеро.  Но сегодня мы проломим грудь врага".

Тогда один из воинов испугался, что он будет в числе тех, кому предстоит погибнуть, и сбежал.

Но остальные закричали: "Индра, Индра (т.е. вождь, владыка) - веди нас!  Ты наш царь, ты снова с нами!".

Индра, верхом на волке, повёл восемь (одиннадцать, в двенадцатиричной версии) кшатриев на врага.
А дасы увидели их как несметное войско "воинов с длинными щитами", которое спустилось с гор, разделённое на восемь отрядов, и начало истреблять "черноголовых".

Ну а дальше, история хорошо известна: "Девяносто девять красных крепостей расколол Индра, расколол как орехи, и ещё одну чёрную - для ровного счёта".

Вернувшись из этой битвы тридцатилетним мужчиной (а битва длилась до рассвета: вся Индия была завоёвана за одну ночь), Индра застал свою мать на смертном одре.  Она за эту ночь превратилась в глубокую старуху и к полдню умерла на руках у сына, скорбя о том, что так и не смогла напоить его своим молоком.

"Не печалуйся!  Кровь врага - вот моё молоко!" - ответил ей Индра".

http://www.keburga.com/b/indra.html
rougelou: (Default)


Жаль, что без бутылки, как это принято. :-(

Дальнейшее - ответ на вопрос френда, данный в одной из последних тем.  Все это лишь актуальный снимок смутных представлений о предмете, обитающих где-то на периферии тонкого тела в настоящий момент.  Честно говоря, облекать представления в законченную форму не кажется мне перспективным в плане воздействия на реальность: по крайней мере, сейчас и для меня самого.  Но, как говорится, "что написано ключомпером..."

Любопытно, что, ответив, я сразу (буквально, в ту же секунду) увидел следующую фразу: ""Мегафон" сказал, будущее зависит от меня!"  Причем, фраза была из подборки "остроумных цитат" о смысле жизни, как водится: матрица в последнее время что-то совсем разглючилась.  Эту фразу я взял эпиграфом.


"Мне кажется, ключевое понятие любой философии - смысл.  У человека есть потребность понимать, сначала, что, почему и зачем происходит, а затем, что, почему и зачем он делает.  Но потребность эта чисто человеческая, поскольку, грубо говоря, все просто есть как-то или иначе (без всякого смысла), а человеку нужно делать выбор и действовать.  Можно увидеть, как оно есть, но тогда нельзя действовать, и наоборот, действуя, нельзя видеть, как оно есть: "Говорящий не знает - знающий не говорит." и т. п.  То есть, любой смысл - это рамки, ограничения, которые человек задает себе сам, считая себя кем-то или чем-то по отношению к условному "всему": миру, вселенной, "другим", богам, людям, "чувствующим существам" и т. п.

Само по себе это ничего не меняет, но заставляет человека определенным образом поступать, поскольку смысл - вещь безусловная и потребность в нем испытывают не только "философы", но все люди без исключения, а, возможно, и некоторые другие животные.  При этом, поступая определенным образом, человек вполне может быть орудием тех или иных "высших сил", независимо от того, "верит" он в них или нет.  То есть, признает/ощущает ли он их существование, и считает ли он себя с ними связанным, что, в случае положительного ответа, означало бы, что они определяют его смысл - любой, а не не только в целом, то есть, так называемый "смысл жизни".  В роли такой "высшей силы" может выступать что угодно, хоть реклама (как в эпиграфе).

Лично я считаю, что мир, каким мы думаем, что видим его все, - не человеческая игра, и люди принимают в ней участие только на чьей-либо стороне, сами будучи неспособны вести самостоятельную политику, просто в силу невысокого (не видно общей картины, всех причин, следствий и т. п.) и жестко детерминированного (в теле, на которое, по сути, не способны влиять) положения.  Конечно, при этом человек волен выбирать, чью сторону принять, а также может менять стороны, в подавляющем большинстве случаев даже не осознавая этого, поскольку управляется безусловными для него стимулами.  Самый простой и наглядный пример - настоящая "горячая" война, в которой сталкиваются человеческие (и не только) общности, интересы которых явно преобладают над потребностями и даже так называемыми инстинктами отдельных участвующих в ней людей.  Войны ведут страны, племена, народы, фракции внутри них, школы военного искусства, а также все они в сложных и весьма неожиданных порою сочетаниях.  У людей же при этом свои собственные задачи (http://pranava.livejournal.com/69982.html), хотя, с точки зрения действительных субъектов противоборства, они всего лишь инструменты.

Тем не менее, есть законы, которым подчиняются игроки почти любого уровня, главный из которых, действительно, хоть и с некоторой натяжкой, можно назвать Судьбой.  Точнее, это невообразимо сложный и универсальный "механизм" сохранения целостности через баланс, осознаваемый нами в виде причинно-следственных связей.  То, что воспринимается нами как личная судьба, предопределение ("на роду написано"), есть, по большей части, проявление этого механизма, формирующего, по сути, все обстоятельства нашей жизни, но не только его, потому что игра идет своим чередом, и люди (по крайней мере, некоторые) совершают время от времени то, чего не делали раньше.  А иногда нечто подобное случается и с целыми людскими коллективами: как связанными, так и не связанными родственными узами.  Бесполезно искать причину происходящего в самих людях, равно как и в том, что случается между ними, потому что это неизбежно будет лишь описанием, но не объяснением.  Примерно, как у дурачка Гумилева младшего - такого определения заслуживает любой, относящийся к себе столь серьезно - который радостно придумал слово "пассионарность", втыкая его без толку в каждую дыру, как будто и раньше не было понятно, что некая высшая сила "заряжает" народы энергией.  Интересно, как лучше перевести это слово: "страдательность", "пафосность" или, может, "проходимистость" :-) (др. греч. "pathos" = лат. "passio" = ит. "strada" = русск. "путь")?

Уточняя сказанное: в отличие от всяких ньюэйджевских добродеев, свято верящих в то, что за "позитивные мысли" и "добрые дела" карма воздаст им по заслугам, я вижу мир более сложным, в постоянном становлении и разрушении, ареной борьбы разнообразных сил, находящихся друг с другом в очень непростых порой отношениях.  Доброе (то есть, этимологически, "достаточное", "довольное") для одного будет, одновременно, злым (этимологически, "лишним", "лихим", "зелым") для другого, и конца этому нет, как, собственно, и начала.  В общем, как сказал Сарумян из пародии Гоблина на саундтрек художественного фильма "Властелин колец": "Добро, зло - фигня все это.  Главное, у кого ружье!" (Who's got the gun, в смысле.)  Можно только выйти за пределы этого (и, как справедливо отметил Лао Цзы, заткнуться :-)), но нельзя действенно предпочесть ту или иную из противоположностей: разве что временно, с целью той или иной трансформации, как поступают некоторые религиозные и мистические практики, не забывающие (пока в своем уме :-)) об условности и иллюзорности сделанного ими таким образом выбора."
rougelou: (Default)
Поэт - это не способность, не качество, не дар.  Поэт - это судьба.  Судьба оказать влияние на язык, которым творишь, а через него - на реальность.  И то, что сейчас это влияние не слишком ощутимо на первый взгляд, сути дела не меняет.

Поэтому поэтов нельзя оценивать по техничности, оригинальности, сложности, то есть, по выраженности и силе дарования.  Потому что лучшие по этим критериям могут не быть поэтами совсем, даже если они хорошо известны.  Тогда как довольно тусклые, на первый взгляд, светила поэтического небосклона могут иметь влияние почти беспредельное.

Например, кое-кто считает Пушкина создателем современного русского языка, ставя его вне классификации поэтов вообще, как бы над нею.  Однако были поэты, давшие нам в плане возможностей изъясняться и формировать, изъясняясь, именно такую, а не иную реальность, гораздо больше.  Хотя бы Некрасов, как бы кощунственно это не прозвучало.  Были также поэты, обладавшие дарованием не менее сильным, но при этом и не меньшим влиянием, например, Блок.  И уж, конечно, вряд ли таким бесспорным будет выглядеть сравнение Пушкина по этому главному признаку с таким гигантом, как Ломоносов, который, на первый взгляд (по способностям и уровню организации речи), как бы даже и не поэт.
rougelou: (Default)


Насчет фэнтези, все, по-моему, не так однозначно, как лукавит г-н Фурсов.  Это не "будущее как прошлое", - это, в первую очередь, тоска по естественному (идеальному) порядку вещей, существенной составляющей которого является, условно говоря, магия, то есть способность менять условия существования, используя заложенные в нем же механизмы (а не производимую где-то технику и прочие профанные уловки), хотя, судя по всему, выступающий понимает под магией нечто иное.  Как бы там не было, ни в каком обозримом прошлом ничего подобного не наблюдалось, а если и наблюдалось, то не в документированно-историческую эпоху, а в те самые баснословные времена, о которых грезят традиционалисты.  Сомнительно, что это ему не понятно.

Кроме того, сюжетно, - это всегда приключения, чаще всего, с катартическими перипетиями и архетипически цельным финалом, что сближает данный жанр не только с рыцарским романом позднего средневековья и авантюрным романом эпохи модерна, но и со сказкой и нравоучительным эпосом.  Эти черты присутствуют даже в довольно циничном "взрослом" фэнтези вроде ПЛП Джорджа Мартина, многое взявшем у реализма XIX-XX веков.

Наконец, в мире типичного фэнтези гораздо больше свободы, вариативности и просто свободного места, чем даже в современном мире, не говоря уже о предвещаемом Фурсовым и ему подобными "толпо-элитарном" аде будущего.  Конечно, в отдельных книгах могут присутствовать и его элементы тоже, но в целом они этому роду литературы не свойственны.  Скорее, это присуще всякому "панку": "кибер-", "био-" и т. п., а также прочим разновидностям антиутопии.

Все это выглядит довольно оптимистично на фоне пророчеств "имярЕкнутого" господина о возврате "темных веков" в "толпо-элитарном" варианте.  И вообще, транслируемая им картина мира предельно выхолощена, материалистична и, соответственно, далека от реальности: похоже на уже упомянутого Мартина, только абсолютно бесперспективно.  Впрочем, от шудры, рядящегося в шкуру брамана, иного ждать и не приходится.

Об ангажированности же и заказном характере его "мессиджа" говорить не хочется, но мысль эта напрашивается сама собой, потому что он, в сущности, пытается "зомбировать" слушателя, представляя предмет так, чтобы он утратил в глазах последнего всякую привлекательность.  Утверждая при этом, что, наоборот, - это авторы и издатели фэнтезийной литературы зомбируют читателя, готовя почву для окончательного воцарения финансово-корпоративной "илиты".

И еще пара слов о самом г-не Фурсове, спровоцированных обсуждением в журнале одного из моих френдов.

Конкретных проявлений лукавства у него, действительно, мало и случай с фэнтези, пожалуй, не слишком типичен.  Но настораживает, поскольку человек он, судя по всему, "врубчивый" и не понимать того, что увидел в этой истории я, не может.  Особенно, учитывая большой и разносторонний опыт: лет ведь ему за 60, насколько я понимаю, и своим делом он занимается не менее 40, успев поработать (в советское еще время) и в ИНИОНе, и в ИСШАКе. :-)  В общем, он тот еще жук, а, поскольку я сам из этой системы (только значительно младше), по его сегодняшним речам могу представить примерно, как он дошел до жизни такой.  Довольно подозрительно выглядят, например, его частые вояжи в Америку, из которых он не делает секрета, поскольку скрывать их как таковые невозможно.

Прямых улик, конечно же, нет, поэтому в попытке подвести базу под свои ощущения я пользуюсь дедуктивным методом. :-)

Во-первых, он не предлагает ничего конкретного, говоря только о неком "окне возможностей" связанном с кризисом.  Кто, как и на каком основании мог бы реализовать эти возможности, обеспечив России, как минимум, независимость и, как максимум, мировое лидерство, непонятно.  Особенно, если хоть немного быть в курсе текущей политической ситуации в стране, понимая, что никакой реально способной на это силы нет, а в рамках существующей финансово-экономической системы все рычаги давно уже в руках пресловутых элит, которые, по его же словам, выступают в данный момент единым фронтом.

В свете этого его достаточно увлекательный и подробный, но при этом вполне правдоподобный, обоснованный и взвешенный (то есть, в отличие от большинства конспирологических теорий, "научный") рассказ об элитах и их целях производит, в конечном счете, деморализующее действие, что заставляет заподозрить рассказчика в том, что именно так и задумано.  Ну и следом, конечно, в том, что сведения для этого рассказа получены из первых (в крайнем случае, из вторых-третьих, но связанных с первыми) рук.

Во-вторых, его учили в советской школе (и средней, и высшей).  Поэтому, что бы он там не говорил, все его рассуждения базируются всецело на марксистской политэкономии, не выходя за ее рамки.  Она обладает огромной объяснительной силой и абсолютно "всесильна, потому что верна", :-) но лишь применительно к строго определенному предмету, а именно, - к производственным отношениям в том виде, в каком их понимали сами классики.  По сути дела, новый "субъект" в виде элит, которого он пытается ввести в эту схему, является прямым приемником крупной буржуазии, "империалистов" и т. п., цель которых всегда состояла в том, чтобы "ограничить капитализм в его же собственных интересах".  То есть, он просто переносит рассмотрение в иную плоскость, которая Маркса и его современников не особенно интересовала, поскольку пробуждавшаяся тогда энергия масс и ощущение всесилия идей в плане управления ими позволяли надеяться на скорый конец зарвавшейся верхушки общества "модерна".

Сейчас же ничего подобного нет и в помине.  Агитировать кого бы то не было нет никакой надобности, потому что прикормленных, разобщенных и одебиленных средствами массовой коммуникации неопролетариев можно легко заруливать поодиночке или мелкими группами.  Как и, вообще, любого, кто высунется.  Иными словами, субъект сопротивления новому старому порядку отсутствует или эффективно нейтрализован, поскольку не осознает своей роли и/или лишен возможностей для организации.

И здесь естественным образом возникает вопрос о мотивах человеческого поведения, требуя переноса рассмотрения в сферу психологии, но Фурсов этого не делает и даже не заговаривает об этом, не отмечает такой необходимости.  Все безусловно упирается в вопрос о качестве "человеческого материала", о том, что "народ достоин своих правителей", что людьми, действенно ставящими убеждения и духовные начала выше материальной выгоды (а в пределе, и самой жизни) управлять таким образом невозможно.  Но это обходится молчанием, и возможных тому причин я вижу две: уже упомянутое выхолощенно-материалистическое (секулярно-буржуазное, эгоистическое) мировоззрение, не выходящее за рамки марксизма, но уступающее ему в широте и отстраненности (объективности), либо чистая заказуха, имеющая целью, как я уже говорил, деморализацию тех, кто еще сохраняет присутствие духа.

Наконец, мне не нравится довольный гедонистический вид и мажорная интонация, никак не согласующиеся с содержанием "мессиджа".  Так не выглядят ни те, кто действует, ни те, кто ищет: довольными подобным образом бывают только сытые шудры, а источник этого довольства я уже предположил выше.
rougelou: (Default)

Такой вот сумбурный заголовок.  Но разделять эти темы я не стал, потому что в моем пространстве они составляют единый вихрь, в котором вертится, конечно, много чего еще.  Связаны они между собой, или не очень, вопрос, мне кажется, несущественный: если возникают вместе, значит связь есть, пусть и с трудом заключаемая в слова. Итак:



Из всех английских романтиков, наибольшей популярностью в России пользовался всегда Байрон.  Прибегнув к затасканному бюрократическому клише, можно сказать, что для современных ему русских поэтов он был «знаковой фигурой».  По числу упоминаний в их произведениях ему нет равных не только среди соотечественников, но и среди поэтов вообще.  Не говоря уже о всяких аллюзиях и инспирациях вроде пушкинского «Пира во время чумы» и, особенно, самой известной его части, написанной, как известно, по модели отрывка из «Чайлд Гарольда», который процитировал Пушкину в одном из писем Батюшков.  Правда, вместо вдохновения от созерцания природной гармонии, у Пушкина получилось совсем другое:

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.

Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья —
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.

Здесь можно было бы сделать отступление на тему фундаментальных различий между английским и русским «менталитетами» и, в частности, самого главного различия, делающего русских непохожими ни на кого вообще, но тема эта заслуживает отдельного рассмотрения: слишком уж важна и болезненна.  Впрочем, основные выводы можно сделать уже из сказанного, но я хотел бы добавить пару штрихов из собственной памяти, по волне которой я сегодня плыву. :-)

There’s something pleasant in the bloody fights,
There’s something in them, which we badly lack.
One finds some peace in brain-inflaming nights,
In hurricane or in the breath of Plague.

All things, that threaten us with death,
Hold something sweet, that grasps me breath.
There’s something in them each one finds
Of men with mortal hearts, but with immortal minds.

(подстрочник см. ниже)

- так мне помнится перевод этого отрывка на английский, выполненный человеком, которого я не знал, и пересказанный мне дословно лет двадцать назад.  Он раскрывает эту проблему в ином, позитивно-философском, а не интуитивно-трансцендентном аспекте, как у Пушкина.  И тем изобличает в авторе человека нерусского (хоть и закончившего русскую школу в Москве).  То, что все, упоминаемое в пушкинском стихотворении именно «таит» в себе бессмертие, но не обязательно, а «может быть», создает ощущение прыжка с пустыми руками в бездну, совершенно чуждое утверждению бессмертия души или разума (mind) переводчиком, имеющему вид почти сухой констатации заранее известного.   

There’s something pleasant in the bloody fights,
Есть нечто приятное в кровавых битвах.

There’s something in them, which we badly lack.
Есть в них нечто, чего нам остро/отчаянно недостает.
One finds some peace in brain-inflaming nights,
Кто-то обретает мир воспламеняющими разум (букв. «мозг») ночами,
In hurricane or in the breath of Plague.
В урагане или в дыхании Чумы.

All things, that threaten us with death,
Все вещи, что угражают нам смертью,
Hold something sweet, that grasps me breath.
Содержат [в себе] нечто сладостное, от чего захватывает дух.
There’s something in them each one finds
Есть в них нечто, что находит каждый
Of men with mortal hearts, but with immortal minds.

Из людей со смертными сердцами, но бессмертными душами/умами.

На этом остановлюсь, как и обещал.

Потому что поводом задуматься в очередной раз над природой и формами перенесения английской поэзии на русскую почву послужило мне стихотворение другого поэта того же времени и круга.

Персиваль Биши Шелли не разделил в полной мере судьбы своего баснословного тезки, нашедшего Грааль.  Трагическая гибель в молодом возрасте оставила завершение этой судьбы как бы за завесой.  Романтики (любого времени и в любых странах), вообще, живут мало - настолько, что ранняя смерть считается у них, похоже, «хорошим тоном».  И, видимо, умирают тем раньше, чем ярче и крупнее дарование.  Если судить по этому формальному признаку (что не так уж и безумно, как может показаться на первый взгляд), он попадает во второй ряд: после Китса и Лермонтова, где-то рядом с Новалисом, значительно опережая Байрона, Пушкина, Рэмбо и уж, тем более, таких «стариков» как Шиллер и Мюссе.

Стихотворение создано незадолго до смерти (максимум, года за полтора) в Италии и посвящено, а, скорей всего, просто адресовано Эмилии Вивиани, поскольку в переписке Шелли есть указания на итальянский оригинал, найти который опубликованным мне не удалось.

В России оно известно довольно широкому кругу людей (помимо немногочисленных исследователей, переводчиков и любителей, собственно, поэзии Шелли) благодаря тому, что на него написан один из номеров сюиты Давида Тухманова «По волне моей памяти», которую многие мои сверстники и люди постарше помнят почти наизусть.  О ней разговор особый (после подстрочника и оригинала).



Перси Биши Шелли
ДОБРОЙ НОЧИ

(перевод Вадима Румынского)

Добра ли ночь? - Нет, горек час,
Что, разлучив, уводит прочь!

Побудь со мной на этот раз,
И доброй будет ночь!


Как доброй мне ее назвать,

Слов твоих сладость превозмочь?

О, если б мог не понимать,

Была бы доброй ночь!


И лишь к сердцам, что бьются в такт

Друг друга подле до зари,

Добра бывает ночь, когда

Не лгут о ней они.




Good-night? ah! no; the hour is ill
Доброй ночи? О, нет! Плох (букв. «худ») тот час,
Which severs those it should unite;
Что разделяет тех [кого] он должен объединить.

Let us remain together still,
Останемся, все же, вместе,
Then it will be good night.
И тогда, эта ночь будет доброй.


How can I call the lone night good,
Как могу я назвать доброй одинокую ночь,

Though thy sweet wishes wing its flight?
Пусть твои сладкие пожелания окрыляют ее полет?

Be it not said, thought, understood —
Если бы [все] это не было сказано, обдумано, понято,

Then it will be--good night.
Тогда это была бы добрая ночь.


To hearts which near each other move
Сердцам, которые бьются (букв. «движутся») друг подле друга

From evening close to morning light,
С вечернего заката до утреннего света,

The night is good; because, my love,
Ночь добра, потому, что, любовь моя,

They never say good-night.
Они никогда не говорят «Доброй ночи».




Percy Bysshe Shelley
GOOD NIGHT

Good-night? ah! no; the hour is ill
Which severs those it should unite;
Let us remain together still,
Then it will be good night.


How can I call the lone night good,
Though thy sweet wishes wing its flight?
Be it not said, thought, understood —
Then it will be--good night.

To hearts which near each other move
From evening close to morning light,
The night is good; because, my love,
They never say good-night.




Лично я придерживаюсь того мнения, что Тухманов заслуживает места в ряду крупнейших композиторов и, вообще, музыкантов 20-го века.  То, что он сделал, гораздо свежее, живее, интереснее и глубже как бы западных как бы «прототипов».  Соединив в себе, одновременно, дар мелодиста, аранжировщика и безупречный стилистический вкус, он превосходит любого из современников, «распиаренных» за что бы то не было из этого.

Но более всего, на мой взгляд, отличает его умение обращаться с поэтическим словом, его ритмическими и смысловыми акцентами.

Дело в том, что современные стихи (на любом языке с силовым ударением) для пения не предназначены.  Как правило, если текст легко поется, то это весьма слабое или, вообще никакое стихотворение.  И наоборот: настоящие стихи, будучи положены на музыку, умирают.  А у нас этим очень любят заниматься всякие плюшевые зайки вроде (не хочу упоминать, но придется) Крутого и прочих пугалкиных прихвостней.  К счастью, жертвами становятся не очень симпатичные мне творения таких людей как Цветаева, Мандельштам и Пастернак, однако не отметить сам факт убийства и издевательства нельзя.  Кстати, неслучайно этот момент очень хорошо уловили профессиональные убийцы смысла - Шац и Лазарева - спародировав, в частности, песню на стихотворение Пастернака «Мело, мело по всей земле...».  Получилось что-то вроде: «Лежало сало на столе. Лежало сало. // Лежало сало на столе - кому мешало?!» :-)

Причина, вероятнее всего, именно в ударении, которое в древних «индоевропейских» языках было тоническим (музыкальным), в связи с чем мелодии рождались как бы сами собой, играя подчиненную роль.  Теперь же выделение отдельных слов и слогов различающимися по высоте звуками - искусство, доступное избранным, но очень соблазнительное для профанов.

Песня на стихотворение Шелли (как и почти вся пластинка) - яркий пример подобного искусства.  Прямая и стремительная ритмическая структура исходной строфы, как бы ускоряющаяся к концу за счет укороченной последней строки, полностью разбита и воссоздана совершенно иначе при сохранении опоры на рифму.

В общем, как говорится, enjoy!

Ну, и приятной ностальгии всем, кто помнит! :-)

А вот пластинка целиком: сначала сторона "А", потом "В":



rougelou: (Default)
В продолжение предыдущего поста.

Пару дней назад наткнулся на нижеследующее кино и задумался.  Оно победило на неком фестивале в Филадельфии за то, что, по мнению жюри, предлагает, в отличие от многих аналогичных произведений, некое конструктивное решение стоящих перед миром проблем.  Так ли это?



От фильма за версту веет убаюкивающим ньюэйджевским позитивизмом, который не является никаким решением, поскольку рассматривает мир как машину (пусть и в модных научных терминах), совершенно не отражая действительность.  По сути дела, расчет (именно расчет!) делается на вмешательство высших сил, которые "лучше знают", либо на действие законов бытия, этими (или "еще более крутыми") силами созданных, в обмен на "правильное" поведение.  Это ничто иное, как новая личина иудо-арабского "мистицизма", вновь завлекающего человечество в лапы манипуляторов разного уровня, но уже в другой, осовремененной форме.

По странному стечению обстоятельств, буквально вчера мне пришлось высказаться по очень близкому вопросу: http://pranava.livejournal.com/66551.html
rougelou: (Default)
В узком смысле, это - распространение какого-либо навыка, приобретенного энным числом особей, на всех остальных особей популяции или вида.  Более подробно здесь: http://ru.wikipedia.org/wiki/Эффект_сотой_обезьяны

В широком смысле это понятие включает в себя также распространение не только поведенческих моделей, но и отвлеченных представлений, убеждений и волевых импульсов в человеческой популяции.

В условиях крайней социальной разобщенности и информационно-энергетической блокады, обеспечиваемой условиями современной жизни и позволяющей "верхам" принимать и претворять в жизнь какие угодно решения, люди, осознавая полное бессилие, склонны уповать на этот эффект как на некую ultimo defensio.  Это сродни более фантастичному, но менее наукообразному представлению о неком эффекте (взрыве, вирусе и т. п.) избирательного действия, который уничтожит плохих, пощадив хороших, после чего те заживут дальше в свое удовольствие: http://lj.rossia.org/users/lankar/288114.html?nc=13 Более "практичный" (то есть, менее замысловатый, но более эффектный) извод этого явления - волшебного избавления по воле некой естественной или просто внешней силы - показан в фильме "Хроники Риддика": кто с нами, залезай, остальным - пиздец без вариантов.



(Фильм, кстати, хорош сам по себе и поднимает много любопытных тем на нетипичном для современного человека уровне.)

Возвращаясь к нашим мартышкам, имеется в виду, что если катое или житое число людей вдруг поймет, кто виноват и что делать, то на всех остальных это понимание опустится само собой, после чего наступит эра всеобщего благоденствия.

Однако у людей все не так просто. Для того, чтобы данный эффект возымел действие на людей в целом, какая-то сущность "наверху" должна заметить накопление "критической массы" индивидов, осознавших ту или иную идею, после чего может (но не обязана) принять решение использовать создавшийся потенциал.  Она вполне может проигнорировать его наличие, если он не будет вписываться в ее планы или не будет отвечать ее интересам.

Дело в том, что в случае с мартышками, такая сущность (коллективный разум вида, условно говоря) понимает, что данный навык (мытье картошки) полезен для мартышек в целом, после чего решает распространить его на всех.  С людьми все иначе, поскольку жизнь человека - война, хорошо описанная, например, в Илиаде.  Его душа - поле битвы богов (либо, если это кому-то не нравится, - конфликта противоречивых тенденций или принципов), вследствие чего приверженность катого или житого числа людей тому или иному из этих принципов не обязательно скажется на остальных, так как другие "принципы" тоже не дремлют.  Все это вполне можно изложить в объективно-позитивистском ключе, не используя таких слов как "сущность" и, тем более, "бог": просто это потребует перенесения вопроса из плоскости индивидуальности, отношений и этики в плоскость дуальности, закономерностей и физики.

Не следует упускать из виду и то, что, вопреки распространенной "научной" (антропологической и генетической) догме, современный так называемый homo sapiens sapiens - это не один, а несколько видов существ, различия между которыми не менее резки и фундаментальны, чем, например, между родами семейства собачьих.  Соответственно, все они вряд ли способны осознать одно и то же или, по крайней мере, одинаково: слишком уж разнятся их задачи, интересы, образ жизни, уровень развития и т. п.
rougelou: (Default)
Поэтому привожу эту сравнительно небольшую статью полностью.

Лучше него об этом, пожалуй, никто не написал.  Эвола обладал редким даром сочетать философскую глубину с публицистической силой и ясностью.



Юлиус Эвола: Семья как героический союз


Одной из опасностей, грозящей движениям, направленным против сил разложения и хаоса, иссушающих нашу цивилизацию и общественную жизнь, является стремление к упрощению изначальных форм, или даже попытка их буржуазного одомашнивания. Многие неоднократно указывали на упаднический характер морализаторства сравнительно с высшими формами закона и жизни.

В самом деле, «порядок», имеющий ценность, не должен сводиться ни к рутине, ни к обезличивающей механистичности. Необходимо присутствие изначально неукрощённых сил, каковые определённым образом и до некой степени сохраняют свою изначальную природу, наряду со строжайшим соблюдением дисциплины. Только тогда порядок – плодотворен. Образно говоря, нечто подобное происходит с взрывчатой смесью, которая максимально эффективна на предельном пространстве, тогда как на беспредельном, её действие почти утрачивает свою силу. Именно в этом смысле Гёте говорил о «пределе, который созидает», как и о том, что именно в умении соблюдать предел, проявляет себя мастер. Стоит ли напоминать, что в классическом мировоззрении идея предела – peiras – была связана с идеей совершенства и считалась высочайшим идеалом не только в этическом, но также в метафизическом смысле

Эти соображения можно было бы применить к различным областям жизни. Но здесь мы остановимся только на одном частном случае – семье.

Семья является институтом, основательно поврежденным индивидуализмом, свойственным новейшей космополитической цивилизации, подорванным в самих своих основах феминизмом, американизмом и советизмом, и нуждающимся в восстановлении. Но здесь также возникает вышеупомянутая проблема выбора. Любой социальный институт представляет собой относительно гибкую форму, в пределах которого кристаллизуется субстанция, текучая по своей природе. Именно такое состояние есть то изначальное состояние, каковое требует восстановления в ситуации, когда жизненные возможности, присущие определённому циклу цивилизации, кажутся исчерпанными. Но только сила, действующая изнутри, как некий смысл, может действовать как сила созидательная. В таком случае, возникает вопрос, какой смысл несёт в себе семья, во имя чего мы должны желать её сохранения?

Чем является семья в обычном, буржуазном смысле общеизвестно, так что вряд ли стоит останавливаться на этом более подробно, также как и лишний раз говорить о том, что в таком понимании она является малопригодной опорой для тех целей, которые потребны для формирования новой цивилизации. Возможно, имеет смысл сохранять некоторые её аспекты, но в целом, не стоит закрывать глаза на то, что этого «слишком мало», что речь идёт о чём-то большем. Если попытаться понять причины процесса упадка и разложения семьи, наблюдаемого в последнее время, легко заметить, что одной из них и немаловажной является общее состояние самого общества, в котором семья свелась к чему-то почти незначительному и основной её опорой сегодня являются исключительно условность, мещанство, сентиментальность, лицемерие и оппортунизм,

В данном случае, как и во многих других для понимания того, что требуется сделать в этой области, нам следует прямо обратиться не просто к прошлому, но к истокам. И эти истоки нам доступны. В частности, поскольку наша, римская традиция семьи является одной из тех, которая ведёт к высшему и первозданному пониманию этого института.

Согласно изначальным представлениям, семья представляет собой не натуралистический, не сентиментальный, но по сути своей героический союз. Известно, что по самому своему происхождению слово отец (pater) отсылает нас к понятию, каковым обозначался вождь или царь. Уже поэтому семейный союз понимался, как союз группы людей, мужественно объединившихся вокруг главы, который почитался не как существо, наделённое чисто животной силой, но обладающее высшим достоинством, внушающим почитание и верность. Это легко подтверждается тем фактом, что в индоевропейской цивилизации отец – не говоря уже о вожде – был не только тем, кто обладал всей полнотой властью над своими, но и одновременно нёс за них абсолютную ответственность перед лицом горней силы; он был в своём роде жрецом, священником своего рода, своего народа, тем, кто в большей степени, нежели кто-либо другой отвечал за них перед лицом богов, хранителем священного огня, который в патрицианских семьях служил символом сверхъестественного влияния, незримо связанного с кровью и передающегося через эту кровь. Не изнеженные чувства, не общественные условности, но нечто героико-мистическое лежало в основании семейной или родовой солидарности, заставляя всех членов семьи или рода добровольно выступать как сплочённое целое против любого, кто затрагивал или оскорблял их честь. Так, де Куланж, подытоживая свои исследования этого вопроса, с полным основанием пришёл к выводу о том, что традиционная семья предоставляла собой скорее религиозный союз, нежели единство природного или кровного характера.

Сегодня многим известно, что брачная церемония была таинством и до наступления христианства, но немногие знают, что это таинство носило не чисто условный или социально-юридический характер, но служило своего рода крещением, которое преображало и наделяло женщину особым достоинством, позволяющим ей стать причастной «тайной душе» того рода или племени, к которому принадлежал её супруг. В соответствии с символическим индоевропейским обрядом, первым супругом женщины был Агни, мистический домашний огонь. Именно благодаря этому, муж считался господином жены, поскольку их связывало нечто значительно большее, нежели то, что предполагается выродившимся и обессиленным буржуазным представлением о супружеской верности. Женщина древности, отдававшая себя целиком и ничего не требовавшая взамен, тем самым выражала свою героическую сущность, мистическую или «аскетическую» по своей природе, но отнюдь не страстную или чувственную, и, тем самым, преображала себя. Древнее изречение: «Не существует особого обряда или учения для женщины. Почитая своего супруга как божество, обретёт она своё место на небесах», почти полностью совпадает с другой традицией, согласно которой бессмертие обретают не только воины, павшие на поле битвы и вожди божественного происхождения, но и женщины, умершие во время родов сына; это рассматривалось как особого рода жертвоприношение, столь же действенно преображающее человеческую природу, как и подвиги героев.

Здесь было бы неплохо рассмотреть также смысл деторождения, но это завело бы нас слишком далеко. Поэтом ограничимся только упоминание древнего правила, согласно которому первенец считался не сыном любви, но сыном долга. И этот долг также носил как мистический, так и героический характер. Речь шла не только о рождении нового «царя», должного обеспечить благоденствие и могущество рода, но о даровании жизни тому, кто должен взять на себя священное обязательство перед лицом предков и всех, кто внёс свой вклад в могущество рода, символом коего служил семейный очаг. Поэтому есть немало традиций, в которых можно встретить идею о сознательном воспроизведении в подлинном смысле этого слова, о деторождении, понимаемом не как тёмное и полусознательное телесное действие, но как деяние, совершаемое не только в плоти, но одновременно и в духе, и дарующее – в буквальном смысле – жизнь новому существу, благодаря которому, точнее, его незримой функции, его предки продолжают пребывать в славе и бессмертии.

Из всего сказанного вытекает представление о семье, равно далёкое как от конформистко- моралистической буржуазной посредственности и индивидуалистической чепухи, так и от сентиментализма, страстности и всего связанного с чисто социальным или натуралистическим пониманием этого института. Только героическое основание может стать высшим узаконением для института семьи. Необходимо понять, что индивидуализм это не сила, но бессилие. Следует признать кровное родство в качестве прочного основания; основания, требующего артикуляции и персонализации, подкреплённых отношениями повелевания и подчинения, верности, преемственности и, скажем, почти воинской солидарности, и, наконец, теми силами, которые ведут к внутреннему преображению. Только в этом случае семья обретёт новую жизнь и окрепнет, вновь станет первичной и основной клеткой того высшего организма, каковое представляет собой государство.

Перевод Виктории Ванюшкиной

Публикация приурочена к 110-летию со дня рождения Юлиуса Эволы.
rougelou: (Default)
Речь, как нетрудно догадаться, о патриотизме.

    Изречение это приписывается Сэмьюэлу Джонсону - британскому политику и, что немаловажно, лексикографу (автору толкового словаря) конца XVIII века.  Приписывается почти неизменно с искажением смысла до противоположного: дескать только совершенно конченный человек воспользуется идеей патриотизма в собственных политических или корыстных целях.

    У меня подобная трактовка всегда вызывала некоторый дискомфорт, казалась притянутой за уши и, как выяснилось, не зря.  Поскольку именно так и есть.

    Традиционная (то есть, условно говоря, либерально-космополитическая) трактовка  отражена в Педивикии: http://ru.wikipedia.org/wiki/Патриотизм_—_это_последнее_прибежище_негодяя  В качестве наиболее весомого аргумента приводится свидетельство яко бы очевидца, яко бы свидетельствующего о том, что подобная версия была изложена самим Джонсоном публично.  Не касаясь вопроса о подлинности этого свидетельства (для чего у меня недостаточно сведений, да этого и не требуется; почему - см. ниже), должен сказать, что статья упускает из виду - намеренно или по незнанию/недомыслию - следующие факты.

    В целом, под "последним прибежищем подонка" (не негодяя; почему - см. ниже) автор известной глоссы (определение патриотизма есть в словаре Джонсона) и предположительный автор цитируемого в Педевикии изречения имел в виду, вопреки очевидности, прямо противоположное: то, что даже человек низкого звания, лишенный всяких средств и моральных принципов, может обрести их, честно послужив своей стране.

    Довольно хорошо аргументированное объяснение я нашел вот здесь: http://sanitareugen.livejournal.com/74154.html Поэтому повторять его не буду, а добавлю свои соображения филологического и этимологического характера, каждое из которых перевесит все аргументы в пользу противного.

    Во-первых, данное изречение как таковое представляет собой парафраз более старой поговорки (To serve his country is the last chance for a scoundrel.  Есть и другие варианты - этот встречается, в частности, у Марлоу за 200 лет до Джонсона.) - с использованием актуального иностранного слова (патриотизм).  Необходимо добавить, что во времена Марлоу (елизаветинские и шекспировские, то есть), в период формирования английского национального государства, она была более чем актуальна.

    Во-вторых, автор статьи в ЖЖ, на которую я сослался выше, не совсем верно анализирует происхождение слова "scoundrel", которое является на самом деле прямым переводом на английский староюжнофранцузского "rascaille" (ср. совр. фр. "racaille" и совр. англ. "rascal").  Приблизительно, по-русски оно означает "шкуродер" или "обчищала".  Первоначально это слово употреблялось по отношению к бедным наемникам, занимавшимся грабежом и вымогательством в мирное время.

    Соответственно, мотив службы во искупление здесь самый близкий, а идея про корыстных торгашей (в случае Джонсона, вигов), использующих патриотизм в своих интересах, появилась позже.
rougelou: (Default)
Смотреть до конца.

Хотя конец и предсказуем, начиная с пятой, примерно, минуты.




rougelou: (Default)

Habemus papam, как говорится. Но, как бы не случилось нечто вроде nos habebit papa. :-)

Во-первых, я бы обратил внимание на выбранное имя. Оно отсылает, одновременно, к святому из Ассизи, основателю одноименного ордена, и к единственной эпохе, когда оно было популярно - 16-му веку, периоду становления политико-экономической системы "нового времени". Эта эпоха дала, например, не только двух королей Франции, носивших это имя (чего не было ни до, ни после), но также Франциско Хавьера (Франциска Ксаверия) - основателя Ордена Иисуса, к которому принадлежит новый папа. Можно вспомнить также английских Френсисов (Дрейка, Уолсинэма), Франциско Писарро и т. д.

Во-вторых, это имя не иудейское, не греческое и даже не латинское, а исконно германское. Насколько я помню, пап с германскими именами не было никогда.

В-третьих, это первый папа с таким именем, чего не случалось уже очень давно (Иоанн-Павел не в счет, поскольку это комбинация традиционных имен).

В-четвертых, корень "фран(к)" означает не только известное племя, давшее имя Франции. В современном употреблении оно присутствует во множестве слов, означающих "вольный", "свободный", "открытый": от города или порта, до сердца (фр. francoeur, franche; англ. frank, frankly и т. п.).

В-пятых, новый папа латинос и, более того, аргентинец, то есть уроженец, житель и видный политический деятель страны, находившейся и продолжающей находиться под влиянием, если не под полным контролем, недобитой гитлеровской верхушки и ее потомков-последователей. (Во избежание недоразумений: что бы там не говорили германофилы и поклонники наци как таковых, я считаю, что проект свернул не туда, причем, гораздо раньше, чем принято думать. Иными словами, они обосрались не только в экономико-политическом - что бесспорно подтверждается результатами ВМВ - но и в идейном смысле. Впрочем, в "реальной политике" редко бывает иначе: тем реже, чем масштабней или оригинальней явление.)

В общем, это, определенно, послание, а вот, кого и куда, не вполне очевидно, по-моему. :-) Всякие рокфеллеры-там, барухи и ротшильды - это тоже, как говорил Маркс,  "поверхность явления", в частности, потому, что в контексте истории христианства и всей "западной" (а, тем более, мировой) цивилизации они существуют не так долго. Мне интересней, что это значит в борьбе метафизических сущностей, богов, так сказать, и здесь все совсем не так ясно и однозначно.

В бегло очерченном выше ассоциативном поле преобладают ряды, так или иначе связанные с Франциском Ассизским, его идеалами и наследием. Современный Ассизи - не только культовое место, но и резиденция многих, так сказать, восточных сект и школ - от тибетских до индийских. (Оно и понятно: не в России же ради ее "особой миссии" им обосновываться: в Италии гораздо приятней :-).) Среди них, наиболее заметной и в целом влиятельной является традиция крия-йоги Парамахамсы Йогананды, идущая от полумифического Гималайского Бабаджи. Ее отличительной особенностью является прямая связь с христианством через признание Иисуса Христа не только авторитетом, но и учителем в традиционно-индуистском смысле слова, то есть источником традиции и "прямой передачи". Аналогичное представление существует в любого рода, собственно, христианстве. Это обряд хиротонии (рукоположения священников) - символический жест, передающий по цепочке инициатическое прикосновение Иисуса к Петру.

Какой во всем этом смысл? В самом избрании папы и его обстоятельствах, некоторые из которых отмечены выше, мне видится попытка иудео-христианской системы  "оседлать арийского скакуна", путем постепенного устранения идеологических и концептуальных противоречий. Пока это только символическое заявление, но очень уж красноречивое. Решения Ватиканского собора о "диалоге с другими религиями" и "совместном поиске истины" были направлены в ту же сторону, но были несомненной уступкой, проявлением слабости перед лицом повальной ориентализации сознания, сексуальной революции, рокэнрола и прочей либертарианской херни, обесценивающей любые душевные усилия и пускающей цивилизацию по пути наименьшего сопротивления. Сейчас же предпринимается попытка взять ситуацию в свои руки и не просто "модернизировать" католическую церковь заодно с ее догматикой, но сделать это таким образом, чтобы втянуть в ее орбис максимально большое число людей.

rougelou: (Default)
Очень забавно видеть эти имена упомянутыми в одном ряду и, особенно, в связи с "инквизицией".

Жанна д'Арк - харизматический герой-знамя (вопрос о действительной судьбе и проиcхождении лучше не поднимать), убитый по сфабрикованному обвинению врагами тогдашнего королевского дома Франции (первоначально - графов Парижских), воевавшими за свои вековые наследственные владения (то есть, потомками графов анжуйских, а также герцогов нормандских и аквитанских).

Джордано Бруно - великий визионер и мистик, высокообразованный [b]традиционный[/b] ученый и философ, которому просто не повезло быть современником Коперника, против которого выступала церковь (а также не достало благоразумия не "метать бисер" перед "сдавшими" его "свиньями" - но это, видимо, только от широты натуры). Представления Бруно были несоизмеримо универсальнее гипотезы Коперника (которую он просто не мог отрицать в силу врожденной добросовестности и чувства чести), причем были организованы и решены в совершенно традиционном (никак не позитивистском) стиле. Такой интеллектуальной и духовной мощи просто не было места в узких рамках тогдашних установлений и инквизиторам не оставалось ничего иного, как убить его, несмотря на нескрываемый интерес и даже симпатию к нему со стороны некоторых из них. В целом, он просто не вовремя родился.




Тогда как Галилео Галилей родился как раз вовремя, проявив себя как одержимый (до откровенной тупости) фанатик активно формировавшегося тогда редукционистско-эмпирического подхода к знанию. В этом он далеко превзошел других признанных столпов упомянутого подхода, своих младших современников, таких как Ньютон и Картезиус (удостоившихся даже упоминания как авторы пресловутого "заклятия", наложенного яко бы на научное знание в целом), ни один из которых не был таким законченным и последовательным эмпирическим прагматиком.
Данное утверждение вытекает из опубликованных протоколов допросов Галлилея в ходе второго (последнего) следствия, из которых, кстати, явствует и заметное интеллектуальное превосходство над ним инквизиторов. Например, замечание кардинала Донати о том, что, имея в виду универсальность предположенного Коперником (и подтвержденного опытным путем Галлилеем) устройства небесных тел, разумно было бы предположить, что Солнце также вращается вокруг чего-нибудь, повергло его сначала в полную растерянность, а затем в глубокую задумчивость (что отмечено в протоколе). Это говорит также о том, что церковники все прекрасно понимали, но вынуждены были обеспечивать следования букве дабы сохранить власть. За что впоследствии и поплатились.

Иными словами, каждый из трех хрестоматийных мучеников "попал под раздачу" по своему собственному поводу: просто следствие церковной коллегии было тогда наиболее распространенным и авторитетным способом решения "проблем".
rougelou: (Default)
   Современные шахматы - удел компьютеров. Даже если играют люди. Потому что игра сводится к просчету вариантов из стандартных положений.

        Считается, что начало пути к такому положению дел было положено в XVIII веке Франсуа Филидором - выдающимся, кстати, не только шахматистом, но и музыкантом. Вкратце (опять же, согласно преобладающему мнению) сумма его вклада состоит в том, что он превратил шахматы из войны в торговлю, показав, что при неэквивалентном размене и достижении одной из сторон силового преимущества, победа этой стороны неизбежна. Что было крайне актуально в эпоху, предшествующую Французской революции. Иными словами, чтобы победить, требуется получить перевес и не допускать ошибок.

        Конечно, в действительности, на протяжении последующих двухсот с лишним лет случалось всякое, поскольку огромная вариативность оставляла место для творчества, а "психический фактор" - для непредсказуемости, но в целом тенденция сохранялась. С появлением вычислительных машин и развитием искусства алгоритмизации (программирования) она начала получать зримое подтверждение в том, что люди начали проигрывать. Начало XXI века ознаменовалось тем, что проигрывать стали все, включая гроссмейстеров самого высокого уровня. Человеческие преимущества, такие как позиционное мышление и интуиция, были преодолены при помощи тупого обсчета вариантов по мере формирования базы стандартных позиций.

        Однако, в связи с этим возникает вопрос: правильно ли играют современные мастера? Используют ли они все по-настоящему человеческие возможности, и не занимаются ли, вместо этого, таким же алгоритмизированным обсчетом, принимая правила игры компьютера?

        Конечно, на деле все гораздо сложнее. Авторы шахматных программ пытаются создать то, что принято называть "системами искусственного интеллекта" и "эвристическими моделями", то есть, сымитировать человеческое мышление. Но проблема в том, что это невозможно. Во-первых, потому, что, будучи в состоянии построить картину из отдельных элементов почти мгновенно, компьютер никогда не сможет увидеть ее в целом. Во-вторых, потому, что компьютеру недоступен человеческий механизм принятия решений: он руководствуется теми или иными критериями (такими, как вероятность или повторяемость). Критерии могут быть сколь угодно изощренно-комплекснымы, но выбор всегда будет делаться "не по-человечески" и совершенно не обязательно правильно (то есть, в направлении успешного окончания партии). И то и другое обусловлено отсутствием у компьютера того, что, собственно, составляет содержание человеческой жизни, а именно: эмоций и интуиции, а также чувственного восприятия. Как в экстровертированном, так и в интровертированном аспекте. Все три представляют собою огромные сферы бытия: многоаспектные и бесконечно дифференцируемые. Так, то, что принято называть словом "эмоции", характеризует сферу, включающую в себя не только впечатления и привязанности, но, прежде всего, волю во всех ее проявлениях. В сущности, это сфера энергии. Интуиция - это сфера не только воображения, представлений и образов, но высокоуровневых связей между ними, сфера многомерности и единства. Чувственная сфера дает первым двум опору в виде материала, будучи не менее многообразной и тонко дифференцируемой. Конечно, для симметрии, связности и завершенности все они требуют мышления: то есть, условно говоря, фактов и структурных взаимосвязей. Но, если они без мышления существовать могут, мышление без них - никак. По крайней мере, в мире человека.

        И здесь мне подумалось о природе этой игры как таковой. В том числе, в историческом аспекте. Известно, что игра эта (известная в средние века как "тавлеи"), судя по всему, "индоевропейская", поскольку бытовала, в первую очередь, у народов, говоривших на языках именно этой "семьи" (в нее играли даже в "темные века" в Норвегии и Исландии). При этом в разное время зафиксированы разные ее варианты, порой совершенно не похожие на современный, который родом из Индии и заимствован через Персию. Некоторые из них существовали одновременно, поскольку варьировались по тактико-стратегическим задачам. Современные шахматы - это как бы сражение двух выстроившихся друг перед другом армий, но была, например, игра про взятие крепости, игры с участием трех или даже четырех сторон и т. п.

        Так вот, недавно в некой компании моя жена вспомнила о том, как в детстве ее учил играть отец (на тот момент перворазрядник). Когда он объяснил ей правила, она выиграла у него подряд три партии, ровным счетом ничего не понимая в теории, но ориентируясь на некое непосредственное ощущение расстановки сил в каждой отдельной позиции. Потом, как часто бывает, ощущение это прошло, чему немало способствовало решение шахматных задач, не вызывавших у нее никакого энтузиазма. В первую очередь потому, что начинались они из каких-то непонятных (на ее тогдашний взгляд) положений, к которым непонятно что привело.

        В свете этого мне вспомнилась вся очерченная выше история, и мысль заработала в привычном традиционалистском направлении. :-) В чем был смысл игры изначально (или, по крайней мере, до наступления "коммерческой" эпохи)? Каким образом ощущали ее игравшие? Использовалась ли она целенаправленно для развития у игроков боевых навыков на уровне непосредственных ощущений? Ведь, не секрет, что реальная военная обстановка воспринимается многими командирами как продолжение собственного тела. Причем на любом уровне: от взвода (где это еще как-то понятно) до целой воюющей страны.

        Если мое предположение верно, и в прошлом шахматы (и их аналоги) использовались с целью развить именно такие ощущения и навыки, то история этой игры может служить наглядной иллюстрацией не только, например, эволова "закона регрессии каст", но и процесса постепенного погружения человечества в реальность доминирующего рацио, используемую известными силами для поглощения или нейтрализации его энергетического потенциала. Попросту говоря, в Матрицу. :-)
rougelou: (Default)
Sic et non.

Abélard


        Primo: Россию нельзя рассматривать как некую альтернативу чему бы то не было и, вообще, наряду с чем-либо (особенно, с другими странами или государствами в рамках какой бы то не было типологии). И не потому, что она уникальна, а потому, что она - все. Все, не фигурально, как в случае Pax Romana или Поднебесной, а буквально все и есть. По крайней мере, для человека, причем, не только для русского, а для любого, включая конченных людоедов Океании и, возможно, даже разных сасквачей и ети (их мать). Она - зримое воплощение настоящей Родины человечества на земле. Подчеркиваю: любого человечества, несмотря на какие бы то не было зооморфные примеси и духовные извращения.

        Secundo: в соответствии с этим, она вечна и неизменна в своей основе, несмотря на любые влияния и изменения. Она - начало всего, она же - ему конец.

        Tertio: это полностью определяет и исчерпывает своеобразие образа жизни и действий людей, именующих себя русскими. Определяет как беспредельное, и исчерпывает как неисчерпаемое.

        Quarto: Русский человек двусторонен: он может жить и так, и этак, но в любом случае останется цел. (c) "Так" и "сяк" в абеляровом понимании не имеет для него вообще никакого значения.

        Dixi.

     
rougelou: (Default)
Арес никогда не благоволил России-Руси. Потому все претензии современных "родноверов" на преемственность от ариев - племени, чье имя созвучно и производно от его, выглядят так нелепо. Его влияние очевидно в Элладе (Ареопаг), Риме (Марсово поле), даже в современной Франции (Монмартр), но никак не в России, у которой совершенно другой покровитель.

Все попытки привлечь этого бога на свою сторону (то есть, сделать ставку на явную и четко организованную силу) неизменно заканчивались ничем. Операция "Марс" была одной из тяжелейших и кровопролитнейших в истории войн вообще, так и не приведя к серьезному успеху (хотя и провальной ее считать нельзя), тогда как операция "Уран" вошла в анналы своей уникальностью и судьбоносностью, будучи, по сути, отчаянным ударом на пределе возможного в условиях крайне неопределенной перспективы. Она завершила ситуацию, выстроенную при вмешательстве сил очень высокого, тонкого и общего плана: начиная со стратегических просчетов и идейных заблуждений Гитлера, заканчивая лютой стужей, эпидемиями и, самое главное, радикальным поворотом сознания большинства народа в сторону холодной и бескомпромиссной ярости, перед которой викингский берсерк - не более, чем беснование буйнопомешанного в смирительной рубашке.

Операция "Сатурн" завершилась, так и не начавшись, поскольку не была подкреплена необходимой при обращении к этому богу определенностью и предсказуемостью: слишком зыбки были основания, далеки тылы, неразведана вражеская оборона, мало было времени на все это. Последнее важней всего, потому что Сатурн - это время как таковое, отношения с которым нашего народа известны как весьма сложные. России в который уже раз помог отец и вмешательство сына было тогда несвоевременным.

Вспоминаются слова, обращенные к Конану-Варвару: "Мой бог - Вечное Небо, а твой живет под ним"
rougelou: (Default)
Теоретически (то есть, сугубо умозрительно и гипотетически), роль железа в эритроцитах мог бы играть другой металл. Например, медь или натрий. В последнем случае обмен веществ был бы много шустрее. Соответственно, и все реакции. А тело имело бы непередаваемый голубой оттенок.

По моим подозрениям, такие существа (и даже люди) есть, причем на Земле и в настоящее время, но это отдельный вопрос. Самым же известным историческим кандидатом на роль субъекта с буквально голубой кровью является Васудэва Кришна.

При проявлении на плотном плане, метафизическим сущностям волей-неволей приходится быть похожими на аборигенов. Однако это не обязательно всегда так.

Например, среди филологов, вопрос о том, какого цвета было тело Васудевы Кришны, открыт до сих пор. Индусы в массе своей не сомневаются, что синего, и это оставляет место для гипотез касательно состава его крови. Хотя санскритские эпитеты, которые можно понять в этом смысле, легко интерпретируются и в ином направлении. Например, "подобный льну", "льноподобный" можно понять как "имеющий бежевые, то есть, светлые с рыжеватым отливом (как волокна льна) волосы и голубые (как его цветы) глаза". В пользу этого говорит и то, что подобного эпитета удостаиваются многие другие герои Махабхараты, - аргумент, который вряд ли что-то сможет перевесить: разве что представить синими всех живущих в то время ариев. Кроме того, этим эпитетом пользуется и Маркандея, описывая свой метафизический опыт созерцания Вишну возлежащим на "водах причинности" ("карАна-джАла").

Уподобление голубому лотосу "утпале" (что может означать "северный друг, покровитель" или "северная ось", в смысле "Полярная звезда" или "зенит") дает четкую ассоциативную привязку к небу, поскольку Вишну в своей ипостаси Кришны (равно как и гипотетический славянский Крышень) - бог неба, особенно, ночного, хотя, согласно Риг-веде, у индусов эта роль отводится Индре и даже Варуне ("сахасранЕттре" - тысячеглазому). Поэтому упоминание о голубом лотосе совсем не обязательно указывает на какие бы то ни было телесные признаки, а если да, то вполне может относиться и к цвету глаз.

Знаменитое "тело, подобное грозовой туче" (на санскрите это одно слово) вполне переводимо как "грозовотучное тело", что, опять же, просто отсылает к небесной ипостаси либо передает ощущение наполненности энергией, нездешности по сравнению с окружающими, и вполне может не указывать на цвет реального тела Кришны. Однако, если понимать это в смысле цвета, противоречие не снимается и версия об особом метаболизме сохраняет свою актуальность.
rougelou: (Default)
Мысль не новая, но многое объясняет: верят те, кто мерит поступающие сведения на свой человеконенавистнический аршин.

  Иными словами, те, кому легко представить, что, будь у них власть, они поступили бы именно так: начали бы систематически уничтожать инакомыслящих, дали бы волю своим садистским наклонностям, похоти и зависти, стали бы потакать всяким прихотям и т. д., испытывая при этом животный страх расплаты.

  Им, просто, невдомек, как может быть иначе, и поэтому, поместив себя в описываемую ситуацию, они (вопреки всякой логике... этике, интуиции и сенсорике :-)) ничуть не сомневаются в том, что именно так все и было.
rougelou: (Default)
       Довольно давно пришла мне идея об аналогичности культурных процессов, происходящих в рамках изолированных субконтинентов, которая проявляется даже в географическом аспекте.  Пару раз я пытался изложить ее на бумаге, но быстро понял, что серьезного применения найти я ей не могу и, соответственно, пространного опуса она не стоит.  Поэтому по-быстрому.

          Дело в том, что, например, Италия для Западной Европы - то же, что для Восточной Азии Индия: генератор идей и, если можно так выразиться, тактовой частоты влияний.  Франция - то же, что Китай: объединяющий общекультурный орбис, генерирующий собственно культурные влияния и модели, образцы.  Британия - то же, что Япония: почти полный продукт влияния культурного генератора, стремящийся, тем не менее, подчинить его, следуя ярко выраженной изоляционистской тенденции (выраженной в форме религиозной и прочей элитарности, расизма и т. п.).  Тибет - Швейцария, Тироль и Альпийская область в целом (понятно, почему).  В общем, идея довольно простая и, следуя ей, роль Германии (которую для этой цели небходимо рассматривать вместе со Скандинавией) на Востоке приходится отвести, прежде всего, Персии и Северной Индии (Пакистану) дальневосточному горному и степному пространству, откуда пришли чжурчжени, монголы, кидани и т. п. - в общем, пространству, где постоянно пыталась образоваться, но никогда надолго не задерживалась империя, претендовавшая, прежде всего, на Индию (как гиббелины - на Италию).
rougelou: (Default)
Подсказка: очевидное сходство обманчиво, а кому-то, зная ответ, покажется даже оскорбительным.



Это императрица Валерия Мессалина с сыном Тиберием Клавдием Британиком (40-е годы I в. н. э.). Кто она такая, объяснять, думаю, не надо.

Теперь по поводу сходства. Послужила ли она прототипом для намного более поздних изображений Богородицы? Строго говоря, нет. Скорее, и та и другие имеют одни и те же более древние (в том числе, греческие) прототипы. Да и мотив младенца-спасителя гораздо старше как Эллады, так и Рима.



Однако изображение глупой, развратной и предательской императрицы создано задолго до того, как христиане (даже согласно церковной историографии) начали беспокоить римское государство, и за века до первых сохранившихся (и даже документально зафиксированных) христианских икон, воплощающих, при всем их художественном своеобразии, все тот же архетип.

С точки зрения сюжетов и мотивов, различия между западным и восточным религиозным искусством - не более, чем нюансы. И микельанджеловская Пьета (реалистичная мраморная статуя) и "Не рыдай меня, мати" (предельно условно-символичная икона) не только воплощают один и тот же архетип, но изображают один и тот же момент мифической истории (хоть и акцентируют разное). Есть архаичные греческие и древнеегипетские фрески на тот же сюжет, персонажи которых гораздо менее "очеловечены" по сравнению даже с последней.

О существовании собственно византийской (отличной от других) школы можно говорить лишь века с седьмого. Да и то условно, потому что ранних стилистически характерных образцов (до иконоклазма) почти не сохранилось. То, что мы имеем в виду под византийской иконой теперь, отсылает, самое раннее, веку к одиннадцатому.





Иконы, написанные ранее в реалистической манере и по другой технологии (вроде известного Пантократора из монастыря св. Екатерины в Египте) считаться таковыми не могут.



Кроме того, впоследствии восточная и западная традиции оказывали друг на друга огромное влияние, причем так называемый "первый европейский ренессанс" XIII века прошел под мощным влиянием восточной эстетики, воспринятой в значительной мере через Византию, находившуюся под прямым и опосредованным влиянием восточных соседей, в первую очередь, Индии. Однако по мере оживления контактов, в связи с крестовыми походами и, особенно, после пресловутого "венецианского разгрома" влияние Запада все ощутимей и к началу пятнадцатого века (еще до того, как в Европе набирает силу Ренессанс) становится почти определяющим. Именно под этим влиянием уже в XII-XIII веке (задолго до турок) происходит деградация иконописной техники в западных областях империи (на Балканах и Пелопоннесе), где она сохранится и после окончательного падения Константинополя, но в очень обедненном и искаженном виде. Более-менее адекватно воспринять и сохранить достижения Византии в живописном искусстве удалось к этому времени, пожалуй, только мастерам Московского княжества.



Русская иконописная традиция в собственном смысле слова началась в конце XIV века и просуществовала лет 150 до никонианской схизмы. После этого она стремительно деградирует под влиянием более "технологичной" западной живописи, чему сильно способствуют ее монаршие покровители, начиная с Алексея Михайловича, не говоря уже о Петре. Не будет преувеличением сказать, что процесс этот идет рука об руку с "модернизацией" института церкви. Одновременно, в некоторой незначительной части иконописная традиция как бы консервируется с сохранением большинства приемов и технологий, о чем свидетельствуют успешные попытки восстановления древней манеры письма художниками с европейским образованием уже в XX веке. Наиболее известный и яркий пример - монахиня Иулиания (Соколова).

Непрерывной можно считать, возможно, старообрядческую иконописную традицию, однако их иконы своеобразны и отличаются от русской классики (в лице Феофана Грека, Дионисия, Андрея Рублева) как стилистически, так и качественно (не в лучшую, на мой взгляд, сторону).

Можно спорить сколько угодно о художественных достоинствах западных и восточных стилей и техник, но то, что считается теперь византийской и русской средневековой классикой, имеет огромную ценность для самого иконописца как медитативная практика. Кладя тончайшие слои краски один за другим от наиболее темного к наиболее светлому (а в некоторых местах слоев таких может быть до нескольких десятков), мастер как бы выявляет образ из тьмы - зрелище, завораживающее, даже когда наблюдаешь со стороны. Причем, происходит это довольно долго: в течение недель, иногда месяцев.

Кроме того, если делать правильно, подобная манера письма (в сочетании с материалом - темперой на яично-уксусной основе без гомогенизирующих добавок вроде гуммиарабика или даже ПВА) позволяет добиться особого эффекта эфемерной глубины, как бы бархатистой под определенным углом прозрачности, который проявляется окончательно после пропитки олифой (покрывать лаком в классических школах не принято).
rougelou: (Default)


Автор freirhttp://lj.rossia.org/users/freir/179232.html?nc=3



неразличимы за явью тряской грозные зори, но где-то рядом
в черных лесах начинают пляску ветер с оскаленным листопадом
значит, война до последней пяди, тем, впрочем, лучше и тем скорее
прежняя быль, словно гарь, осядет, новая искра, как плод, созреет

мертвый король, преклонив колени, выпросит в помощь гостей незваных
сонные зашевелятся тени в душных пустынях и в океанах
с ловкостью вкрадчивой и рептильей стройно родные покинут гнезда
над горизонтом расправят крылья, в прах остывающий ввергнут звезды

из лабиринта упрямый вестник движется к выходу твердым шагом
старые нынче допеты песни, новых не слышно, но где-то рядом 
над сочленением замшелых граней в море раскатов играет капля
светом невиданных теофаний, силой разомкнутого пентакля

rougelou: (Default)


Очередной ответ в теме, который захотелось вынести под отдельный заголовок. Жирным шрифтом - вопрос, далее - мой ответ.


"Вот, а народное представление о должном у нас такое и есть - этакий царь-батюшка, а мы его дети. А отец родной лучше нас знает, кого казнить, кого миловать. А нашего мнения нет. Мы - на коленях."


Нет, не так. Действия царя-батюшки подвергаются крайне нелицеприятному разбору с точки зрения того же чувства справедливости и мало кому из этих "батюшек" удавалось добиться действительно искреннего народного одобрения. На всякий случай, тов. Сталин вполне заслуженно может быть отнесен к их числу. :-) Те же, кто проявлял качества, несовместимые с "занимаемой должностью" долго на ней не задерживались.


Что касается мнения, то в какой позе находится, например, восемнадцатилетний студент ПТУ, мнение которого официально как бы учитывается? Дело в том, что власть - удел немногих по самой своей природе. Так называемая демократия была и является возможной только в условиях сравнительно узкого круга людей, знающих друг друга лично или, по крайней мере, имеющих возможность судить о делах и прочих проявлениях друг друга не понаслышке. В каких-нибудь Афинах, Спарте, Риме (пока он не разросся), даже в Венеции, Генуе или Новгороде - да. Но везде это был достаточно узкий круг ИМУЩИХ ВЗРОСЛЫХ МУЖЧИН, из которого неизбежно выделялась еще более узкая прослойка так называемых олигархов, а в критические времена, - отдельные выдающиеся личности: тиранны, диктаторы и т. п. При этом, все так называемые граждане обязаны были не только управлять, но и воевать, рисковать ради государства жизнью. В любом случае, в управлении участвовали люди, к нему способные, и одновременно жестко мотивированные на защиту интересов общества. Причем, критерием способности являлось не только наличие собственности (то есть, мотивированность решений), но и личные качества, заслуги перед страной, даже возраст. В Спарте, например, мужчины-эупатриды (то есть, те, кто потенциально имел право "рулить") не допускались к участию в совете, не имели права женится и даже пить вино до ТРИДЦАТИ ШЕСТИ лет. При этом нести все бремя гражданских обязанностей (включая участие в военных действиях) они начинали в ВОСЕМНАДЦАТЬ, а некоторые еще раньше. То, что все это обеспечивалось трудом илотов, не имевших, вообще, никаких прав, также существенно. Ситуация в других "демократических" рабовладельческих государствах не отличалась, в принципе, ничем.

Такова ли современная "западная демократия", в которой мнений - десятки и даже сотни миллионов, а голос высокообразованного пятидесятилетнего мужчины, героя войны и отца семерых (успешно поднятых) детей, или его не менее высокообразованной жены, с которой он прожил тридцать лет, приравнивается к голосу упомянутого уже птушника-торчка-гопника или его подруги-"розетки", ну или какого-нибудь свеженатурализованного узбеко-таджика? Система всеобщего избирательного права - сознательно организованный бардак, направляемый в нужную сторону средствами, которые всем известны, людьми, которые не известны никому. Это противно всем естественным законам бытия: от сугубо животных - генетических, этологических - до абстрактно-социальных, многие из которых обнаружены поборниками той самой "демократической" системы. Подобное положение вещей всегда рождает сопротивление и противодействие в виде многочисленных субкультур и "мафий", члены которых предпочитают жить естественными и традиционными (хоть и значительно извращенными) ценностями.

А теперь ответьте, что есть Ваше или мое мнение перед всем этим? Имеет ли возможность выражать его на равных со "всеми" хоть какой-нибудь смысл, не говоря уже о пользе? Должно ли учитываться мнение большинства проголосовавших, как декларируется, или меньшинства, как на деле? Кто определяет, чье мнение будет учтено? В тех же Штатах или даже в какой-нибудь лабораторно-крысячей Швейцарии?
rougelou: (Default)


Небольшой обмен мнениями по поводу редкого в настоящее время типа личности и, соответственно, в связи с противоположным ему весьма распространенным. С выходом на обобщения психологического, антропологического и даже философского характера, неизменно на примере известных персонажей.

В сущности, все достаточно ясно, поэтому без комментариев.

Обсуждение состоялось здесь: http://arhetip-v.livejournal.com/95444.html

Отдельное спасибо хозяйке блога - arhetip_v - за поднятие темы и постановку вопроса. А также за позицию, у которой было крайне приятно обнаружить множество черт сходства со своей. :-)

arhetip_v

Провела опрос знакомых, в основном, из творческой интеллигенции, на тему: "Кто для вас Татьяна из "Онегина"? Что она, что в ней?"

Ответы меня поразили:

""...и когда стало все равно с кем и когда , она вышла замуж" (с)"

"девушка, женщина, которая помнит свою первую любовь, и ей бы ужасно хотелось "попробовать" эту любовь давнюю, но устои сильнее. Одна физиология, я думаю"

Большинство ответов для меня означали, что прочные отношения, четкий и ясный выбор партнера воспринимается современниками как тюрьма.

Для Пушкина же Татьяна, как я понимаю, опираясь на свои размышления и накомментарии Валентина Непонящего, Михаила Дунаева, Юрия Лотмана  означала свосем иное. Именно она - живая, эволюционирующая, умеющая принять решение и сделать жизненный выбор - образец.

P. S. Думаю, важно добавить, что я имею ввиду под выбором. Я говорю, вернее всего, о признании выбора - о неком движении к этому признанию. Ведь сам выбор мы делаем в любом случае, это определяется действиями, а слова могут им и противоречить, когда выбор неосознан. Так, женщина, ежедневно собирающаяся развестись с мужем, но продолжающая с ним жить, однозначно выбрала брак с этим мужчиной. Так, мужчина, уверяющий женщину в желании быть с нею неразлучным, но все время проводящий в командировках - конечно же, выбрал видеться с этой женщиной как можно реже. 


Выбор отнюдь не означает единтсвенности желания, на которое он опирается. Наоборот, от говорит о том, что желаний много, но разной важности. По сути, способность выбирать - это признание сложности, многогранности, неоднозначности внутреннего мира, то есть, преодоление амбивалентности, выход во взрослую позицию. Выбирающий человек демонстрирует способность ориентироваться в этом сложном мире, в частности - расставлять приоритеты.


"Покой и воля" как следствия выбора, конечно же, не похожи на иллюзорное счастье идеализации, которое всегда построено на отрицании неоднозначности и которое всегда сопряжено с разочарованием. Это счастье - зрелое, сильное, как спокойная полноводная река по сравнению с экзотическим курортом и его истерическими удовольствиями. Оно как эпический роман по сравнению с абсурдным постмодернистским рассказом с его прерывистостью и фантазмами. Это ощущение связи с миром и людьми, которое возникает в результате признания своих границ (ограничений) и отказа от всемогущества. 

pranava

А я думаю, что Татьяна - единственный, так сказать, "положительный" женский образ в русской литературе вообще. Ну, или, хотя бы, намек на этот образ, потому что, с точки зрения фабулы, "Онегин", при всем уважении к автору, - никакой не роман, а собрание набросков к нему.

Татьяна - цельная и сильная натура: именно такой и только такой она могла бы предстать дальше, если бы сюжет получил развитие. Она всему отдается полностью: романам, мечтам, любви, браку. А когда возникает внутренний конфликт, занимает ответственную позицию, думая, в первую очередь, не о себе. 

В подтверждение можно сказать еще, что сам Пушкин очень ей симпатизирует, что ощущается постоянно. Несмотря на упорно приписываемую ему многими злобными "пушкинистами" примативность, судя по всему, он очень глубоко понимал и любил женщин.

Наконец, несмотря на происхождение и воспитание, Пушкин очень глубоко русский человек: он не просто рассуждал и высказывался, но поступал, выбирал как русский. А, как говорится, "на чужом несчастье...", что, собственно, и невозможно было обойти в ситуации, в которую он привел своих героев.

reflexi_on

"А когда возникает внутренний конфликт, занимает ответственную позицию, думая, в первую очередь, не о себе" -- то есть ответственная позиция для женщины - это "думать не о себе"?

Лично я считаю ровно наоборот - ответственная позиция - это как раз о себе думать. И предоставить остальным САМИМ думать и заботиться о себе.

pranava

Это неверный вывод с точки зрения формальной (то есть, словесной) логики (собственно, логика и есть наука о словах по определению). 

Я имею в виду, что такое поведение является ответственным, во-первых, ИМЕННО в той ситуации, которую описал Пушкин, и, во-вторых, НЕ обязательно только для женщины.

Жизнь, вообще, гораздо сложнее и обсуждение подобных вопросов "в принципе" напоминает мне затравку для спортивного комсомольского диспута времен моей молодости. :-)

reflexi_on

Хмм.. тут сразу и указание на отсутствие формальной логики, и на не понимание ситуации, и даже попытка эйджизма ;)

Во внутреннем конфликте можно думать только о себе. Это единственный способ его решить. 

Татьяна же не решила его, она просто согласилась стать жертвой обстоятельств, отказавшись от всех надежд и иллюзий.

pranava

Насчет логики, я просто не хочу быть понятым неправильно, а отсылка к закономерностям построения словесных суждений хорошо подходит для этого.

И про ситуацию не то я хотел сказать: всего лишь то, что они бывают разными и что поведение в них, будучи с моей точки зрения правильным, может быть бесконечно разнообразным. На то и жизнь, "тьма вещей", как говорят китайцы. :-)

"Эйджизм", это, как я понимаю, что-то вроде "сексизма" со стороны престарелых , то есть модная форма обвинения в "дискриминации" и/или "нетолерантности". :-) Если да, то здесь, опять-таки, не то: в интернете у незнакомых людей как бы нет возраста и мне хочется, чтобы корреспондент (в данном случае, Вы) представлял примерно, с кем имеет дело. Кроме того, ситуация просто очень живо напомнила мне то, о чем я упомянул.

О внутреннем конфликте Татьяны я, возможно, не совсем точно выразился, предполагая, что буду понят по умолчанию. Разумеется, она в первую очередь подумала о себе, поэтому вернее было бы сказать: "не поставила во главу угла собственное благо", хотя для такой женщины как Татьяна вряд ли могло бы показаться благом последовать собственному влечению в ущерб чувствам и, вообще, будущему других. Поэтому, и эта формулировка не точна.

В действительности, я хотел сказать, что, по моему представлению, Татьяна увидела ситуацию в целом - не только себя и обстоятельства (большинство которых были такими же живыми людьми со своими "надеждами и иллюзиями"), но и то, как эта ситуация изменится в зависимости от ее выбора. 

arhetip_v

Вопрос не ко мне, но выскажусь. Когда человек думает о себе, ему надо подумать о других, потому что другие - это его среда, и для собственного благополучия ему нужно благополучие других.

А это значит, что устраивая дискуссию по этому вопросу, мы неизбежно скатимся в игру слов.

pranava

Спасибо! :-) Столкнувшись здесь с определенной реакцией на свои слова, и, раз уж Вы начали комментировать их в верном с моей точки зрения направлении, я хотел бы пояснить, что разделение на "себя" и "среду" условно. Гораздо понятней было бы говорить "жизнь". То есть, как изменится жизнь человека в результате того или иного выбора. Причем жизнь, не только в плане ближайшего окружения (внутреннего круга), но и более широкого социума и даже далеко идущих общественных тенденций. Учитывать или чувствовать все это - и есть, как я понимаю, ответственное поведение. Я намеренно употребил это крайне немодное ныне слово, поскольку оно предельно точно. Причем, если воспринимать собственную жизнь, как я уже сказал, целостно, то и вопрос о том, перед кем отвечать (перед "собой" или "другими") снимается автоматически, а для Татьяны просто не стоит. Осознает ли она свои желания-потребности (в современном либертарианском смысле)? Безусловно, да.

Кто бы был "счастливее", кому бы стало "лучше", согласись Татьяна сделаться любовницей Онегина? Или, тем более, бежать с ним куда-нибудь, что гораздо менее вероятно практически? Честно говоря, мне лень все это описывать, еще и потому, что я вряд ли смогу превзойти Лва Николаевича, по крайней мере - по обему текста :-). Этому, на мой взгляд, посвящена основная линия романа "Анна Каренина", где весьма подробно и даже нудно описаны результаты противоположного выбора. И то, при какого рода "умеренном патриархате" по сравнению с современным "неумеренным анархатом" живут эти женщины, совершенно неважно. В общем, как сказал Васудэв Кришна: "Любая палка - о двух концах и, что бы ты ни выбрал, тебе предстоит иметь дело со всеми последствиями этого: приятными, равно как и неприятными. Поэтому, отрешись от всякой думы об исходе содеянного, о Партха, - и в бой!" :-)

Здесь возникает еще один немаловажный аспект. В философском смысле, не существует никакого выбора - есть только конфликт желаний (и/или "нежеланий"), из которых побеждает наиболее сильное. В случае Татьяны, желание не разрушить себя, сохранить целостность, принять ответственность за все, достигнутое к настоящему времени (то есть, двигаться по пути формирования психики "вверх"), преобладает над желанием отдаться естественному потоку, несущему вниз. Невозможно сказать, что было бы лучше для конкретной женщины в ее конкретной аналогичной ситуации, особенно, в метапсихическом как бы контексте, поскольку иногда кое-что, и даже многое из созданного необходимо разрушить, но для Татьяны ответ однозначен. И даже, если бы не было социальных рамок, кажущихся многим современным женщинам невообразимо жесткими, поскольку, если человек не желает иметь дела с последствиями собственных поступков, они (эти последствия) неизбежно буду иметь дело с ним. Уже упомянутая Анна имела все практические возможности реализовать свое желание как таковое и сделала это, но чем все обернулось? Она вдруг обнаружила, что лишилась всего, что составляло содержание ее жизни, включая детей и даже светские условности и сплетни, а, в конце концов, и возлюбленного, который, подобно ей самой, мучился наступившей бессмысленностью.

Однако современные "девушки" всех возрастов хотят немногословной "конкретики", которая подтверждала бы современные эгоистические стереотипы, в связи с чем я попросил бы их задуматься вот о чем: чья жизнь и чей внутренний мир содержательней - человека, способного отслеживать, контролировать и "рефлексировать" свои побуждения, имея способность или приобретая хотя бы возможность сделать их частью своего мира, цельность и неделимость которого для него несомненны, или того, кто всегда делает выбор в их пользу, чем бы таковой не оправдывался?

arhetip_v

"В философском смысле, не существует никакого выбора - есть только конфликт желаний (и/или "нежеланий"), из которых побеждает наиболее сильное."

Если вы читали мое вчерашнее дополнение к посту, то я об этом и пишу. Противоположная ситуация - "Осенний марафон", то есть, попытка удовлетворить одновременно несколько противоречивых желаний, которая происходит от всемогущества и отрицания собственных ограничений.

А "современные девушки", по-моему, хотят быть уверенными, что система (устои, государство и т.д.) надежно контролирует их, и у них нет никакой возможности выбирать - это кажется очень безопасным )

pranava

Совершенно с Вами согласен: это все то же истерическое требование ограничений, которые они не в состоянии установить себе сами. И речь, к сожалению, не только о "девушках".

В "Марафоне", мне кажется, герой пытается примирить между собой элементы своей реальности, не желая ни одним из них поступиться. И как бы жалко он при этом не выглядел, всю ответственность он берет на себя, то есть внешние рамки ему не нужны. В ситуации с Татьяной это подобно тому, как если бы она "пошла налево", занявшись, одновременно, какой-нибудь благотворительностью во искупление своего греха. Согласен, что это происходит от подмеченного Вами ощущения всемогущества, которое, однако, принимает у героя (как приняло бы и у Татьяны при аналогичном гипотетическом развитии сюжета) компенсаторно завуалированную форму: он стремится не властвовать и контролировать, а удовлетворять и не обижать, не имея необходимых для этого власти и контроля. Собственно, после Вас здесь трудно что-либо добавить по существу. :-)

rougelou: (Default)
Еще очень давно, учась в институте, где я довольно плотно общался с поляками, я понял, что единственная их проблема на протяжении всей известной нам истории состоит в том, что они думают, что они французы. :-) (Так вот, несколько неуклюже это формулируется, но лучше не получилось.)

  Странно то, что многие из них, действительно тесно связанные с Францией и по крови, и по жизни, например, Шопен, были в духовном и душевном отношении гораздо большими поляками чем многие польские националисты вроде Костюшко, тяготевшие к французскому умственному и телесному блядству, безусловно, весьма развитому, разнообразному, утонченному и соблазнительному. Можно, конечно, вспомнить и знаменитых высокопоставленных франкоманов, например, Богуслава Радзивилла, а также всегдашние заигрывания польской шляхты с французской аристократией в лице, например Генриха Валуа (будущего Генриха III) или даже Наполеона.

  Очень любопытный пример в этом смысле являет всем нам известная Эдита Пьеха, выросшая во Франции и заговорившая, как утверждают, сначала по-французски, что, на мой слух, довольно хорошо различимо. При этом, чистая как бы полячка (конкретика в данном разрезе не важна), нашедшая признание в России.

  На этой записи она проявляется очень эмоционально искренне, что, в принципе, не особенно ей (как и всем представителям ее юнгианского типа) свойственно. Насколько это по-польски, по-французски и даже по-русски, я судить затрудняюсь. Честно говоря, я даже в замешательстве, поскольку не могу отделить одно от другого...


rougelou: (Default)
    Привожу здесь короткое обсуждение, состоявшееся в чужом журнале с его автором. Слова автора даны курсивом, мои - регулярным шрифтом.

    Флаг должен быть черно-красно-белый, из вертикальных полей от древка к краю. Пока наша настоящая природа не найдет адекватного выражения в символике, можно с уверенностью утверждать, что никакой объединяющей русской идеи у нас нет. А еще лучше: темный индиго, пурпур и жемчуг. :-) Одного красного мало: наша уникальность и своеобразие остаются невыраженными. А желтый - вообще не при чем.

    "Нынешний флаг РФ дублирует флаг торгового флота Российской Империи. К красному цвету отношусь с       большим предубеждением, поскольку это цвет Ротшильдов и буквально вся символика СССР и даты праздников нам навязаны евреями в результате совершенной ими революции.

    Я не в курсе мотивов флага черно-красно-белого и, что интересно, из ВЕРТИКАЛЬНЫХ полей. Мне более импонирует "темный индиго, пурпур и жемчуг". Если Вы под жемчугом понимаете традиционный белый/серебристый цвет, то он, на мой взгляд, будет выпадать из несомненного сочетания "индиго-пурпур".

    Однако цвета, как Вы верно заметили, должны отражать "нашу настоящую природу". Предложенные Вами цвета несут эту функцию?"


    Скажу сразу, что к красному щиту новоиспеченных "баронов" Ротшильдов сам красный цвет имеет, примерно, такое же отношение, как голубой - к "голубым". :-) Вряд ли какое-то частное явление может опорочить цвет, символизирующий один из трех универсальных принципов.

    Я уже давно заметил, что все, без исключения, геральдические цвета условны. То есть, красный на гербах и флагах - это любой красный, какой получится, лишь бы нельзя было принять за синий. :-) На практике это означает самые дикие оттенки, которые только можно придумать. В ряде случаев, как в средневековой истории, так и позднее, предпринимались попытки нормирования цветовой гаммы (например, в СССР - алый, краповый и т. п.), но они так и остались эпизодами.

    Вместе с тем, то, что мы знаем о цветовой символике догерманской Европы, свидетельствует о гораздо большем разнообразии. О Востоке я, вообще, не говорю. Возможно, это было связано с ограниченностью красильных технологий (невозможностью получения "чистых" цветов типа "вырви глаз") и редкостью красок, но факт остается фактом. Отсюда, например, пурпур, индиго, кармин и т. п., не говоря уже о разного рода "землях" и минералах, - все они имеют собственные уникальные оттенки и поэтому сохранили свои "природные" названия до сих пор.
    Поэтому в этом вопросе я считаю важным отойти от традиции последних столетий и приблизится к естественности. Это касается не только цветов, но и расположения полос (полей), так или иначе задающее их соподчиненность (которую можно трактовать по-разному) и/или последовательность (сверху вниз, слева направо и т. п.). Вертикальные поля, по крайней мере, устраняют иерархические ассоциации (какой из цветов главнее или "основнее"), показывая, что каждый из ни соединяет верх с низом. Совсем правильный геометрический метод был использован авторами флага Нацистской Германии, но они же допустили при этом, минимум, две фатальные ошибки. Однако, если воспользоваться их, правильным в целом, подходом, границы между полями можно изобразить в виде дуг. Собственно, в настоящее время мне видится некий вариант, но нарисовать нечем. :-)


    Чтобы объяснить, какиим образом цвета могут отражать природу этноса, нужен слишком глубокий и обширный экскурс в разные области. Скажу только, что красный (или, вернее, пурпурный) абсолютно неизбежен (как показывает вся предшествующая история Руси), а черный (точнее, максимально темный индиго) необходим. В сочетании с белым (жемчужным - не серым) они символизируют, как минимум, три начала природы вещей: созидание, баланс и разрушение, а также их состояния и характер взаимодействия между ними, выраженное ярче всего в индийском понятии "гун": раджаса, саттвы и тамаса. Русских всегда отличало и отличает от других народов существенно большая проявленность третьего элемента, проявленность которого в психике отдельного человека воспринимается иностранцами, в зависимости от степени доброжелательности или ненависти, в диапазоне от "загадочности русской души" до "п....изма". Именно ее символизирует индиго и/или черный цвет. Наиболее ясным проявлением этой особенности является нежелание/неготовность делать что бы то ни было лишнее, идущее вразрез естественному порядку вещей, своеобразная медитативность, или, я бы сказал, созерцательный фатализм, происходящий не от слепой покорности высшим силам, а от глубокого интуитивного ощущения их природы. Можно назвать это совестью, но, строго терминологически, это не она. Особенно отчетливо особенность эта проявляется в критические моменты, связанные с опасностью, критическим напряжением сил. Она не зависит ни от интеллектуального развития, ни от воспитания, ни от так называемой культуры.


    Если же все эти цвета трактовать в более традиционном ключе, то "натаскать" можно чего угодно. В школе нам говорили, что красный - цвет крови, пролитой за Революцию, например. А индиго - цвет глаз руса в ярости, каким он увиделся одному арабскому поэту. :-) Значения пурпура (порфира) еще более определенно: цвет имперской власти, элитарности, "преторианский цвет", как люблю называть его я. Белый, особенно, атласно-жемчужный, символизирует не только равновесие и покой, но и завершенность: жемчужина - символ достижения, результата долгого пути, с трудом добытая со дна моря драгоценность.

rougelou: (Default)
    Перепощщиваю здесь свой ответ в предыдущей теме, в котором содержится много из того, что я считаю важным. Правда, в довольно конспективной форме: каждое предложение, если не слово, требует пояснения в виде отдельной статьи, но недосуг, как всегда. :-)

    "Если не вдаваться в тонкости христианской литургики, которая, как я уже неоднократно говорил, ничего "своего" под собой не имеет, будучи сугубо эклектическим культом, основанным на, предположительно, древне-дравидских людоедских практиках, Иисус и есть сын Люцифера. То есть, на санскрите, Шукры (ср. лат. "sacrum") или божества планеты Венеры, учителя (ачарьи) асуров (пользуясь современным языком, - высокопоставленных "демонов").

    По моему очень скромному, но чрезвычайно основательному мнению, христианство представляло собой попытку вернуть изгнанные с Индостана после утверждения там арийского правления и арийской же религии племена в более "цивилизованное" состояние путем фетишизации ритуального человекоубийства и людоедства в виде поедания хлеба как тела и пития вина как крови, а также внедрения в их сознание арийских моральных ценностей.
    Проект осуществлялся по нескольким направлениям. О главном я уже сказал, и на нем экспериментаторы потерпели полное поражение, поскольку субъектам удалось перенаправить воздействие на запад, окончательно запутав одичавших (или заигравшихся) к тому времени потомков тех же ариев, с последствиями чего мы имеем дело до сих пор.
    Но, помимо этого, в сознание тогдашнего населения Ханаана, Палестины и сопредельных территорий был вброшен ряд образов, свойственных исключительно древним дравидическим культам, но уже преобразованных к тому времени ведийскими и тантрийскими жрецами в конструктивном (то есть, символическом) направлении. Самый яркий пример: безголовая богиня или богиня с одной или несколькими чужими головами (современная Чиннамаста, Ваджрайогини и т. п.). В Иудее она превратилась в Юдифь и Саломею, так ничего, по сути, и не совершив в плане преобразования сознания людей, которые, напротив, еще больше отдалились от символического понимания ее образов, отдав предпочтение низменным чувствам. Кстати, подобная интерпретация господствовала с тех пор не только в жиудейской, но и в общеевропейской/христианской культуре всецело.
    Дабы не быть голословным (откуда, дескать, множественное число?), приведу еще один пример подобного образа - образ, условно говоря, "голожопого садху", говорящего сугубую правду и не поступающегося ею ни при каких обстоятельствах, воплощенный в Иоанне Предтече. Этот образ очень важен для понимания сути христианской образности, поскольку является связующим для всех остальных, а также позволяет более-менее уяснить смысл и роль Иисуса Христоса (то есть, "помазанника") как главного объекта христианского культа.

    Иоанн инициирует Иисуса (Йешуа) древним арийским способом (абхишекой), который, возможно, бытовал в то время среди евреев (которые, напомню, являются побочным продуктом арийского завоевания Индостана), но не был особенно популярен. Он же фигурирует в мифе о Саломее как человек, пожертвовавший собственной головой (то есть, умом), дабы не отдать предпочтение ее симметричному (относительно сердца по линии позвоночника) проявлению (то есть, органам сугубо материальной экспансии). В сущности, Иоанн - духовный отец Иисуса, что нашло отражение в христианской (по крайней мере, ортодоксальной) иконографии - так называемом "деисусном чине", то есть, изображении рядом с Христом Богородицы и Иоанна Крестителя. Смысл подобного соседства прозрачен: одна родила его физически, другой - духовно. В целом, они и есть его настоящие родители, только снизведенные до уровня второстепенных фигур."
rougelou: (Default)


    Данный текст возник как ответ на вопрос в этой теме: http://pranava.livejournal.com/24251.html#comments

    Перечитав, и осознав все его несовершенства, я, тем не менее, решил запостить его отдельно, потому что он содержит очень простые, но важные выводы, частично отраженные в заглавии темы. Пора возвращаться от обособленных отвлеченных категорий к органическому единству. 


    "В диахроническом контексте, попытки восстановить некий праязык предпринимаются постоянно со времен, когда исследователи окончательно осознали наличие между языками родства (с конце 18 - начала 19 века). С тех пор, время от времени им даже удается прийти к некому "консенсусу", хотя теории, ставящие под сомнение выводы предшественников, возникают постоянно. Однако круг изучаемого материала ограничивается, как правило, рамками той или иной "языковой семьи" (индоевропейской, например), а все попытки за эти рамки выйти (например, так называемая "ностратическая" теория) не имеют достаточной фактической опоры. Лично я считаю, что это не случайно: традиционными средствами исследования "языковых мутаций" по источникам этот вопрос не решить. Вероятно потому, что причины различия между семьями надо искать в различиях между носителями их исходных языков, которые гораздо более фундаментальны, чем считает современная антропология. Одним словом, как может быть восстановлен "язык общего корня", если общий корень отсутствует у говорящих на современных языках людей? Хотя это не исключает наличия некой высокоабстрактной (внеисторической и, вообще, вневременной) матрицы, связывающей все существующие и даже возможные человеческие языки воедино. Интуитивно ее чувствуют многие шизовые, на первый взгляд, исследователи вроде Вашкевича, сопоставляющего русский и арабский, обнаруживая между ними необъяснимую симметрию. Хотя, с точки зрения диахронной лингвистики, между этими языками нет почти ничего общего: ни в лексике, ни в морфологии, ни в синтаксисе.

    Имеет ли смысл восстанавливать древний язык? Я думаю, что, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не хулиганило. :-) То есть, как личный опыт, это невероятно расширяет границы восприятия и возможности воображения. А с точки зрения общесоциальной, никакой пользы от этого нет, потому что формировавшая его среда давно мертва. В результате можно получить представление о чем-то невероятно красивом и даже божественно прекрасном, но поставить себя на место человека, для которого это естественно, не удастся.

    Вы никогда не задумывались, где пролегает граница между языками, которые считают живыми и теми, которые принято именовать мертвыми? Дело в том, что сугубо концептуально (с точки зрения современного научного мейнстрима) ее как бы нет вообще, но в конкретном случае ее ощущает любой. Считается, например, что мертвый язык - тот, который не используется широко той или иной общностью людей для общения на любые темы и не изменяется. Но возьмем, к примеру, латынь на которой множество людей продолжало общаться на любые (хотя, главным образом, религиозные и научные) темы более тысячи лет со времени выхода ее из "народного" обихода. Да и сейчас таких людей немало. За это время латинский язык изменился очень существенно, не только стилистически, но и грамматически. Предпринимались даже попытки создавать не его основе универсальные языки путем упрощения (эсператно, например). Еще более яркий пример подобного активного использования и развития "мертвого" языка являет собой санскрит. Есть даже вполне успешные попытки внедрить его в практику бытового общения (школа Вагиша Шастри, например).

    Но ни латынь, ни санскрит, ни древнегреческий не являются ни для кого "родными". И не становятся, даже в результате опытов по "билингвизации" детей хорошо владеющими этими языками родителями.

    Мне думается, что причина этого - в наличии гораздо более тесной, четкой и безусловной, чем принято думать, связи между языком общения и "энерго-информационной" (чтобы не сказать "генетической" :-)) структурой народа (чтобы не сказать "рода"). Аналогичную связь эта структура имеет с социальной организацией (осознание чего "опустилось" на меня несколько ранее: http://pranava.livejournal.com/37844.html :-)). Вне этой связи, и язык, и общественные институты существуют лишь как модель, которую, конечно, могут использовать другие, живые родовые структуры, что и наблюдается на примере классических языков и культур.

    Возвращаясь к началу, санскрит, греческий и латынь мертвы потому, что мертвы народы, их создавшие. Современные индусы, греки и итальянцы - это другие люди, генетическая структура которых подвергла их, хоть и происходящие от древних, языки необратимым изменениям. И если момент смерти языка можно с уверенностью соотнести со смертью создавшего его (или созданного им, что, по-моему, одно и то же) народа, то последнюю можно констатировать в момент окончательной гибели созданной этим народом социальной структуры. Рим пал потому, что не осталось латинян, которым он был нужен именно таким, каким был. После этого латинский язык стремительно мутировал под влиянием генетической организации германских завоевателей. Причем, гораздо меньше там, где доля "исконного" римского населения была выше - в самой Италии."


    Соответственно, степень родства между языками абсолютно соразмерна степени родства между соответствующими генетическими - не этническими(!) - общностями. Слово "генетические" здесь следует понимать гораздо шире, чем определяет его однокоренная "лженаука" ремесленников, поскольку кровное родство не ограничивается общностью структур, "открытых" этой наукой к настоящему времени. Совершенно не удивительны, поэтому, результаты недавних статистических исследований генетиков на предмет общности гоплогрупп, обнаружившие больше общего между русскими, индусами и персами, чем между русскими и большинством европейцев, включая генетически "титульное" население германских стран.  

rougelou: (Default)
О происхождении животных в русских сказках как бы в эзотерическом аспекте

Анализировать сказки, точнее, их древние сюжеты, вскрывая пласты и находя всяческий скрытый смысл, теперь очень модно. Тем более, что великие прошлого века - от Юнга до Проппа - создали для этого весьма внушительную теоретическую и методологическую базу. Многим «исследователям» она, правда, только мешает, поскольку им угодно находить там все, что только привидится и послышиться, ну да не об этом речь.

Дальнейшее довольно «сыро» и во многих случаях недостаточно обоснованно, поэтому для краткости и внятности пойду дедуктивным путем, начав с конца.

Есть волк, медведь, белка, заяц, сокол, лебедь и утка. Все они встречаются в русских сказках, наиболее архаичных по структуре сюжета, зафиксированных не только собирателями конца XIX века, но и более ранними литературными интерпретаторами, в том числе Пушкиным.

Что они символизируют и почему? Ответ на этот вопрос пытаются искать в свойствах самих зверей - заяц трусливый, лебедь (как правило, женского рода) белая и чистая, медведь сильный и т. д. - однако он лежит совершенно в другой плоскости.

Дело в том, что названия этих животных просто созвучны (порой, до полной идентичности) словам, обозначающим являния и понятия, которые они «символизируют». Последнее условно, поскольку ни о каком символическом отношении и речи здесь быть не может.

Существенно, что подобный принцип созвучности (в противопрложность символизму) существует и широко используется в мифах и даже религиозно-философских текстах на других древне-арийских языках и, в частности, на санскрите. Простой пример из современной практики - «титул» йога, достигшего определенной степени реализации «парамахамса». Все современные комментаторы в один голос утверждают, что в нем имеет место сравнение с лебедем (хАмса), не обращая внимания на бросающееся в глаза наличие в составе этого слова местоимения «ахам» («я»), а также приставки «маха-» (ср. др. греч. «мега-»). Поэтому, несмотря на то, что строго грамматически слово «парамахамса» означает «сверхлебедя», спектр заключенных в нем смыслов включает в себя и «возвысившегося над [собственным или вообще любым] «я»» (парам-ахам-са) и «превзошедшего великих» (пара-махам-са) и даже "сверх-я [есть] то" (парам-ахам-са).

Или, например, слово «мандука» (лягушка) как символ вселенной. Индусы (даже очень образованные и развитые) говорят, что лягушку нельзя обижать именно поэтому, будучи не в состоянии объяснить внятно, что же в ней такого символичного. Однако, стоит только вслушаться в звучание слова и оно приобретет совершенно иной смысл, понятный русскоязычному человеку без объяснений. :-) Вероятно, в русских и прочих «индоевропейских» сказках образ лягушки подразумевает то же самое, вот только называется она на них уже давно совсем другими словами. Однокоренными же слову "мандука" в современных языках являются, например, такие слова как "monde" (фр. "мир" от лат. "mundis"), "Mund" (нем. "рот", "устье", "входное отверстие"), ну и, конечно, русское слово "м...а". :-) В свете этого сюжет о царевне-лягушке приобретает гораздо более конкретный смысл.

Теперь рассмотрим всех перечисленных зверей по порядку. Для этого необходимо вспомнить, как их называли раньше, до южно-славянского и более поздний влияний. Во избежание усложнения и путаницы, ограничимся корнями, не приводя их к конкретному этапу движения гласных.

Волк - «варг». Это звук. Точнее, тот звук, который звучит внутри и образует структуру реальности. С этим связана его странная на первый взгляд роль ездового животного, как в сюжетах об Иване-Царевиче и Сером Волке . Ср. «варган» (музыкальный инструмент, от названия которого - а не от слова «organum» - происходит слово «оргАн»), «враг», «ворог», «варяг» (тот, с кем бранятся, ругаются), также родств. санскр. «варта» (слово).

Интересно, что волк на самом деле не серый, а белый. То есть, первоначально "сизый" (ср. "шизый лебедь" из Слова о полку Игореве) или «сивый». В современном языке это слово, действительно, ассоциируется с серым цветом, что зафиксировано, в том числе, Далем. Однако более древняя этимология свидетельствует однозначно в пользу белизны: ср. санскр. «Шива», «сва», «свати», а также рус. «свет» (санскр. «швета» - «белый»), «свататься» (от «свата/и» - «невеста»), «саван», «сова» (разумеется, полярная) и т. п.

Медведь - «бер». Ср. «брать», «барать» (оголять, ср. напр. англ. «bare»), «брить» и т. п. Смысл этого слова виден также из пары синонимов: «борьба» и «драка». Первоначально, «бороть» (откуда, кстати, более позднее "пороть") и «драть» - одно и то же. И действительно, в сказках, например, о Кощее Бессмертном медведь вскрывает сундук, вырывает из земли дерево, обнажая корни и т. д.

Медведь может также иметь подмеченное еще Геноном, если не ранее, отношение к центру вращения небесной сферы и небесной оси. В разное время словамя с корнем "бор" или "бер" называлось приполярное созвездие - даже сейчас оно Ursa Maior, Большая медведица (cр. "буря", "бурить" в смысле вертеть), но в других культурах оно неоднократно ассоциировалось и с кабаном, вепрем, "боровом" - по тому же созвучию.

Белка - «мысь». Это мысль. Сходство этих двух слов - причина известной шизофренической фразы из перевода Слова о полку Игореве, где Баян «растекается мыслью по древу». Заменив «мысль» на «мысь» можно получить более-менее адекватную метафору, которая, собственно, и имеет место в оригинале.

Мотив белки, путешествующей по мировому древу, встречается также в Эдде. Там белка (Ratatosk - "грызущий/круглый/боевой(?) зуб") бегает по Иггдрасилю вверх-вниз, принося "сообщения" от орла дракону и наоборот.

Нельзя не вспомнить, конечно, и образ белки, вскрывающей золотые орехи с изумрудными ядрами, описанный и Пушкина и встречающийся в кельтских преданиях. Но это уже несколько другая история.

Заяц - «хар» (слово, родственное современному русскому «хорь», «хорек»). Ср. санскр. «хар» (поглощать), «Хара» (поглощающий: эпитет Шивы-Рудры), рус. «харч», а также (в результате ряда движений) «жрать». Так объясняется «парадокс» с зайцем, «пожравшим» утку. Просто заяц как таковой тут не при чем, даже в символическом плане - дело в звучании слова.

Вторая возможная аллюзия - «Хорс», «Хорос» (бог небесной сферы или круга вообще, а в более узком смысле, Солнца, эклиптики). Отсюда «хороший», «хорошо» и т. п. Это также объясняет смысл заключения зайцем в себе утки (см. ниже).

Лебедь - «зиг», «зг» или "згн" (ср. др. рус. «зигзица», лат. «cycnus»). Зга (ср. нем. «Sieg») - это искра, в том числе и та, которую стало принято именовать «искрой божьей» или, скорее, «искрой жизни». Возможна также иная интерпретация - сродни лат. "signum" (знак, знамение, знамя) или нем. "Siegel" (клеймо, печать). Иногда лебедь может путаться с гусем, которые означает совсем другое по форме, но не по сути (ср. белорус. "гук" - "звук", рус. "гудеть", "гусли", "гикать" и т. п.).

Утка - «ут» (ср. «утро»). Это край, предел, более специфически - горизонт: ср. также санскр. «Уттара» (первая/восходящая на востоке (Венера?), либо северная (Полярная?) звезда), англ. «utter», «utmost» (крайний), а также «out» (вне), фр. «outre», «outrer» (доводить до крайности) и т. п.

Сокол (а также щука!) - «сак», «сук». Здесь в современном языке названия почти не изменились: достаточно понять, что означает этот корень (ср. англ. «seek» или нем. «suchen» - «искать»). Кстати, это, возможно, единственный случай, когда корень имеет один и тот же смысл и в названиях животных и в словах (понятиях), подразумеваемых ими в сказках.

На остальных (например, орла, ворона, лису и т. д.) пока нет времени. Да и с первыми-то разобраться как следует не успел. Возможно, кого-то и это сможет подтолкнуть в нужном направлении.
rougelou: (Default)
... то есть, в так называемом "национальном характере".

Употребление слова "характер" подразумевает, что нация в целом, действуя через своих представителей, способна проявлять качества, свойственные отдельному человеку. То есть, у нации может быть психологический тип (по любой из известных систем), пол, телесная конституция и, разумеется, возраст.

На сколько лет выглядят, судя по следующему материалу, те и другие участники диалога?

______________________________________


Реально зарегистрированный разговор между испанцами и американцами на частоте "Экстремальные ситуации в море" навигационного канала 106 в проливе Финистерра (Галиcия) 16 Октября 1997 года.

Испанцы: (помехи на заднем плане) … говорит А-853, пожалуйста, поверните на 15 градусов на юг, во избежание столкновения с нами. Вы движетесь прямо на нас, расстояние 25 морских миль.

Американцы: (помехи на заднем плане) … советуем вам повернуть на 15 градусов на север, чтобы избежать столкновения с нами.

Испанцы: Ответ отрицательный. Повторяем, поверните на 15 градусов на юг во
избежание столкновения.

Американцы (другой голос): С вами говорит капитан корабля Соединенных Штатов Америки. Поверните на 15 градусов на север во избежание столкновения.

Испанцы: Мы не считаем ваше предложение ни возможным, ни адекватным. Советуем вам повернуть на 15 градусов на юг, чтобы не врезаться в нас.

Американцы (на повышенных тонах): С ВАМИ ГОВОРИТ КАПИТАН РИЧАРД ДЖЕЙМС ХОВАРД, КОМАНДУЮЩИЙ АВИАНОСЦА USS LINCOLN, ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ, ВТОРОГО ПО ВЕЛИЧИТЕ ВОЕННОГО КОРАБЛЯ АМЕРИКАНСКОГО ФЛОТА. НАС СОПРОВОЖДАЮТ 2 КРЕЙСЕРА, 6 ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, 4 ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ И МНОГОЧИСЛЕННЫЕ КОРАБЛИ ПОДДЕРЖКИ. Я ВАМ НЕ "СОВЕТУЮ", Я "ПРИКАЗЫВАЮ" ИЗМЕНИТЬ ВАШ КУРС НА 15 ГРАДУСОВ НА СЕВЕР. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ МЫ БУДЕМ ВЫНУЖДЕНЫ ПРИНЯТЬ НЕОБХОДИМЫЕ МЕРЫ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ НАШЕГО КОРАБЛЯ. ПОЖАЛУЙСТА, НЕМЕДЛЕННО УБЕРИТЕСЬ С НАШЕГО КУРСА!!!

Испанцы:: С вами говорит Хуан Мануэль Салас Алькантара. Нас 2 человека. Нас сопровождают наш пес, ужин, 2 бутылки пива и канарейка, которая сейчас спит. Нас поддерживают радиостанция "Кадена диаль де ля Корунья" и канал 106 " Экстремальные ситуации в море". Мы не собираемся никуда сворачивать, учитывая, что мы находимся на суше и являемся маяком А-853 пролива Финистерра Галисийского побережья Испании. Мы не имеем ни малейшего понятия, какое место по величине занимаем среди испанских маяков. Можете принять все еб…ные меры, какие вы считаете необходимыми, и сделать все что угодно для обеспечения безопасности вашего еб..го корабля, который разобьется вдребезги об скалы. Поэтому еще раз настоятельно рекомендуем вам
сделать наиболее разумную вещь: изменить ваш курс на 15 градусов на юг во избежания столкновения.

Американцы: Oк, принято, спасибо.
rougelou: (Default)
Возник тут недавно вопрос о многоженстве и многомужестве. То есть, как относятся к первому женщины и существует ли второе вообще?

Сведения о многомужестве (полиАндрии) есть. Оно практикуется до сих пор в некоторых "примитивных" африканских и латиноамериканских племенах. Но не только.

Классический сюжет на эту тему описан в МахабхАрате (Драупади и пятеро ее мужей Пандавов). И то, что современные индусы склонны толковать это в символическом ключе, сути дела не меняет, поскольку очевидно, что на момент создания эпоса подобный союз считался не только допустимым, но и нормальным/привычным. Вероятно, правы те, кто говорит об исключительной роли женщин в обществе древних ариев (Герман Вирт, например), о чем свидетельствует, в частности, отраженная в индо-иранских источниках (той же Махабхарате) матрилинеарность: многих героев зовут по матери, употребляя т. н. "матрОнимы" (в отличие от привычных нам патрОнимов - отчеств). Арджуна, например, фигурирует там как Партха (сын Притхи) или Каунтейя (сын Кунти), Карна - как Радхейя (сын Радхи), Сканду зовут Картикейей (сыном Криттик) и т. п.

При этом, согласно Махабхарате, у ариев имело место и многоженство (полигинИя). Например, у Арджуны было, как минимум, две законных жены; так же, минимум дважды женился Бхима (в первый раз, вообще, на демонице) :-). Имеются упоминания о нескольких женах ДурьОдханы.

Еще прикольней то, что даже в более позднюю (по отношению к канонической датировке событий Махабхараты) эпоху арии признавали до 10(!) различных форм брака, каждая из которых считалась законной, но имела свой особенный статус. Законным было, например, похищение невесты женихом без ведома родителей: такой брак признавался наряду с остальными и влек за собой обязательства. Именно так советует поступить Арджуне Кришна со своей сестрой, что тот и делает. В общем, система рисуется очень гибкой и максимально учитывающей права как женщин, так и мужчин. Правда, речь в подобных источниках идет почти исключительно о воинском и других высших сословиях.

О мусульманах мне говорить сложнее. В том числе, потому, что я интересовался ими меньше. Посмотрел, например, тут недавно несколько серий турецкого сериала "Великолепный век", где действие происходит в гареме или вокруг него. В идеале, все там устроено довольно разумно, практично и даже "гуманно" ("невостребованных" наложниц пытаются через какое-то время выдать замуж на сторону, дают за ними приданое и т. п.), НО ... почти в точности, как у обезьян. За тем исключением, что наложниц пасут организованно специально назначенные для этого "выдвиженки" - т. н. "калфЫ" и в целом, жизнь в гареме довольно живо напоминает армейскую (в каком-нибудь дальнем гарнизоне :-)). В остальном, все почти так же: есть альфа-самец (султан), который распоряжается самками с подачи старшей (своей матери - "валидЭ"), которая командует ими непосредственно и даже выбирает, кого из них прислать ему "на пробу" (хальвЕт). Последнее (материнский диктат), конечно, для животных не типично. Но основная линия и интрига сериала заключается, как раз, в попытке восстановить истинно "животное" положение вещей - восхождении султановой наложницы ХюррЕм (т. н. Роксоланы) к статусу, сначала, официальной жены (чего прежние султаны не допускали), а затем безраздельной хозяйки (как и положено высокоранговой самке, избранной доминантным самцом).
rougelou: (Default)
На протяжении жизни мне нередко приходилось слышать мнение, что дескать представители "нерусских национальностей" были более русскими, чем сами русские. Мандельштам-де и Пастернак проявили суть русского слова, как никто, Сталин-де лучше других понял, что нужно русскому народу, и т. п.

Несмотря на то, что в ряде случаев (по крайней мере, со Сталиным) это, действительно, может быть так, сама очевидная "русскость" таких людей является тревожным симптомом. Появление на видных ролях в культурных и организационных структурах этноса "инородцев" означает начало этого этноса конца.

Очень хорошо это прослеживается на примере имперского Рима. Процесс начался уже в первом веке при Юлиях-Клавдиях, а в течение следующих ста лет оформился окончательно. Когда же настоящие латиняне утратили самоидентификацию совсем, империя перестала существовать и на ее территории появились другие национальные образования. Все позднейшие попытки восстановить империю на Западе всегда (без исключения!) плясали от национальной печки, а лозунг "соединенных штатов Европы" как был пустым лозунгом, так и останется им. Любая административная надстройка вроде аппарата ЕС будет эффективна только тогда, когда жители входящих в него стран совершенно забудут, кто они такие и чем отличаются от других. Но вместе с этим из жизни людей уйдет всякое качество (в том смысле, в каком употреблял это слово Генон), а следовательно, и смысл. Иными словами, это не может быть реализовано практически, поскольку равносильно "остановке".

Я хочу сказать, что никогда и нигде не существовало до сих пор государств, в основе которых не было бы того или иного этнического (а, на самом деле, генетического, родового) ядра. Это относится к любым формам организации, любому строю, и в совершенно равной степени к теллуро- и талассократиям, включая даже современную Америку, структурообразующую основу которой составляют бело-англо-саксо-протестанты, играющие до сих пор в ролевую игру о "потерянном колене израилевом", "земле обетованной" и "сбывшемся пророчестве о судьбе" (manifest destiny). Они заселили ее собой, сформировали, как считали нужным, уничтожив конкурирующие этносы и подмяв под себя родственные (немцев, ирландцев), и "рулят" ею по своим законам до сих пор. Не станет их, не будет и Америки в современном смысле, потому что населяющий современные США сброд будет нуждаться тогда в новом государствообразующем ядре, стать которым сможет только генетически единая общность, члены которой осознают ее таковой: негры, латиносы, китайцы - чья возьмет.

Весь их теперешний пресловутый интернационализм и толерантность - лишь часть все той же программы по установлению господства избранных "колен израилевых", включая "потерянное", над остальным миром. Но интересно, что, насаждая все это, они проявляют полное непонимание вышесказанного. Даже если предположить, что в какой-то момент им удастся уничтожить (или, скорее, угнести) национальную идентичность всех остальных этносов, воспитав у них толерантность к любой заразе и любым воздействиям и сделав из них, таким образом, послушных исполнителей собственной воли, проявляющейся через некую "суперструктуру", собственная их идентичность пострадает от этого не в меньшей степени, будучи принесена в жертву чуждому мифу и чуждым генетическим корням.
rougelou: (Default)
Недавно в беседе со мной главный редактор РАПСИ утверждал, что в Германии дороги хороши несмотря на то, что там холодно, почти как у нас, и что наши дороги плохи потому, что руки не оттуда и т. п.

В общем, злорадно ухмыляюсь: http://atnews.org/news/nemeckij_asfalt_ne_vyderzhal_quot_sibirskikh_quot_morozov/2012-02-14-1238

Материал, кстати, подтверждают живущие в Германии друзья.

Вот несколько ссылок на немецком языке:

http://www.morgenpost.de/berlin/article1559109/Schlagloecher-Berlin-saniert-100-Strassen.html

http://www.fotos24h.de/html/schlagloch_piste.html

http://www.lto.de/recht/hintergruende/h/frostbedingte-strassenschaeden-warum-der-staat-fuer-mehr-schlagloecher-weniger-haftet/

rougelou: (Default)
Postée à l'origine par [livejournal.com profile] zmeelow328 sur Ещё один список русских экстремистов
Оригинал взят у [livejournal.com profile] roksen15 в Ещё один список русских экстремистов












О РУССКИХ
высказывания великих иноземцев




 

 "Русские люди никогда не будут счастливы, зная, что где-то творится несправедливость", -
Шарль де Голль, французский государственный деятель, президент Франции.



 
 
 "Русским людям не нужны материалистические «ценности» Запада, не нужны сомнительные достижения Востока в сфере абстрактной духовности, не имеющей ничего общего с реальностью", -
Альберт Швейцер, немецко-французский мыслитель.




 

 
 "Русским людям нужна Правда, и они ищут её, прежде всего в жизни", -
Франсуа де Ларошфуко, французский писатель-моралист.






 
 

"Жить по Правде - это по-русски!", -
Уильям Томсон, английский физик.






 

 "Русские люди добросовестно и безвозмездно трудятся, если в обществе есть нравственная идея, праведная цель", -
Фридрих Гегель, немецкий философ.



 "Концепция добронравия - жить по совести -- это по-русски", -
Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании.








  "
Русскость - это мировоззрение справедливого жизнестроя", - Станислав Лем, польский писатель.






 "Общинность - в крови у Русских людей", - Имре Лакатос, английский математик.


 
"Ради праведной идеи Русские люди с радостью трудятся, даже находясь в заключении, и тогда они не чувствуют себя узниками, - они обретают свободу", - Адам Смит, шотландский экономист и философ.




 "Русская душа - это щедрость, не знающая границ", -
Далай-Лама, духовный лидер тибетского народа.






 "Абсолютная трезвость - это по-русски! Русские люди не нуждаются ни в чём сверх меры", -
Бичер Генри Уорд, американский религиозный и общественный деятель.







 "Мера - есть суть Русской цивилизации", -
Клод Гельвеций, французский философ.







 "Русская культура не приемлет разврат", -
Иоганн Вольфганг Гёте, немецкий писатель.







 "Русские люди не терпят всякой мерзости!", -
Генри Форд, американский инженер.







 "Русские люди никогда не живут по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю»", -
Томас Джефферсон, американский просветитель.






  "«Жить для себя», «работать на себя», прожигать жизнь в различных удовольствиях - это не по-русски", -
мать Тереза, основательница и настоятельница католического Ордена милосердия.






 "Русские люди неустанно работают на преображение себя и окружающих от человекообразия к Человечности!", -
Дюма Александр, французский писатель.





  "Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах русских… Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединяются друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути…"
Отто фон Бисмарк.


Как бы украсили эти высказывания школьный кабинет истории. Вот только бы не обвинили учителя в экстремизме!




rougelou: (Default)
Осанка в целом, это - ощущение, что находишься на своем месте, своего права быть именно тем, кто ты есть. Отсюда представление о так называемой "благородной" осанке, присущей представителям (и представительницам) воинского сословия. Однако привлекает, на самом деле, не прямизна как таковая, а в сочетании с непринужденностью (подвижностью) и гибкостью.

Как мужчина, всегда бывший неравнодушным к этому :), могу сказать, что важно не столько то, как женщина держит голову и плечи (что, собственно, и имеется в виду под словом "осанка"), поскольку это может достигаться напряжением (непосредственным или компенсаторным), а то как она при этом себя чувствует и двигается, особенно, идет: ставит ногу, переносит вес. Можно назвать это связностью при передаче усилия от стопы к голове, волнообразностью движения, хотя в идеале самой "волны" видно быть не должно. Важен и ритм движения: несуетливость, плавность, я бы сказал, торжественность.

На мой взгляд, наибоее полно это осознано у китайцев. Их традиционная культура как раз основывается на осознании человеком своего места в мире (как связующего звена между Небом и Землей), а цель жизни видится как реализация этого на всех уровнях: от самого тонкого до физического. Когда смотришь на них, в груди просыпается какая-то первородная тоска по чему-то настоящему, нами утерянному. К сожалению, увидеть настолько же величественную белую женщину (и тем более, мужчину) доводится гораздо реже: особенно, в городе.
rougelou: (Default)



По крайней мере, произведения именно в этом жанре рождают во мне наиболее сильный отклик. И даже такие волнующие своей конкретностью жанры как предсказание и намерение не обладают подобной силой.

Хотя, возможно, именно это стихотворение несет на себе черты их всех?



Всё на земле умрёт - и мать, и младость,
Жена изменит, и покинет друг.
Но ты учись вкушать иную сладость,
Глядясь в холодный и полярный круг.

Бери свой челн, плыви на дальний полюс
В стенах из льда - и тихо забывай,
Как там любили, гибли и боролись:
И забывай страстей бывалый край.

И к вздрагиваньям медленного хлада
Усталую ты душу приучи,
Чтоб было здесь ей ничего не надо,
Когда оттуда ринутся лучи.


rougelou: (Default)









Ярославна плачет. Боль сырая

По ланитам катится легко.

Теплого, безоблачного края

Солнца диск, стоящий высоко,

По полям прокатится и стогнам.

Не разрежет огненный кинжал

Зыбких струн безудержного горла,

Но в круженьи вечная скрижаль,

Низвергаясь, рассекает землю,

Словно тень, вращаясь посолонь.

Воплю мироздания не внемля,

Блещет сталью золотой огонь.

И в тоске желанной, беспробудной,

Ни взрасти, ни сгинуть не успев,

Ярославна плачет, ноет нудно,

Подвывая ветру нараспев.

rougelou: (Default)


Или пессимистически-студенческое - я не знаю.

Вспомнилось вдруг и позабавило отчасти. Хотя тогда было совсем не смешно. Вполне мог отчалить или с глузда двинуться. Нельзя злоупотреблять серьезными материями - ох нельзя! Особенно, в чужих образах и на чужих языках.


ОСТОРОЖНО: ОБСЦЕННАЯ ЛЕКСИКА! Хотя, на этот раз, без матюков. :-)




Что, кентавр моего вдохновенья
Тот, что ищет вотще разуменья,
До сих пор не обрел ты крыл?

Да куда ж мне еще и крылья? -
Остается стенать в бессильи
Да гонять по лугам кобыл.
Нету сил – захлопнулись веки –
Плотным строем идут человеки:
Что один, что другой, что ряд...

Только, как бы их твердь выносила,
Где б взялись и терпенье и сила,
Чтоб вершить сей скоромный обряд?

Пожирать – нехитрое дело.
Видишь: дыры латает умело,
Близорукие пялит несмело
Бельма гнусные в темную даль.
Что бы там из него не перло,
Все ж судьбу не схватил он за горло.
Несть числа – сколько их перемерло,
Уж скорей бы трубил Хеймдалль.

Поделом же ему за это,
Ведь поди не найдется завета,
Чтобы он не нарушил вдруг.
Почитает первейшей забавой
Он любое море отравой,
Иль какой-нибудь кашей кровавой
Все заполнить кромеш и вокруг.

Ну-с, кентавр моего вдохоновенья –
Переполнилась чаша терпенья:
На лугах фессалийских спасенья
Уж не стоит теперь искать.
И качнув головой державной,
Знаменитой поступью плавной
В воды Леты ты входишь опять.

Поздно ли, иль еще не время:
Зароненное издревле семя
Будет вечно без спроса лежать.
И какое теперь нам дело –
Лишь бы в черепе впредь гудела,
Как пчела настойчиво пела
Вековая печаль, звеня.

И по странности вечной Закона,
Как и прежде, мы ждем Персефону,
Рокового весла Харона
Тихий плеск услышать моля.

Так, иди же, ступай себе с миром:
Завтра внидут другие кумиры
Во дворец, что века стоял.
И на крыльях влетит одинокий
Тот посланец звезды жестокий,
Саван свой распахнет ясноокий,
Что на хлеб и вино не сменял.


__________________

Зачем же такая нам сила дана?
Никто не ответит вовеки.
Мы силимся выбраться вон из Говна,
Как некогда делали греки,

Но тщетно, опять наступает облом:
Похмелье, иль мучит одышка.
И кто-то опять ломанул напролом,
А кто-то копается в книжках,
Зверея от поисков хмурых своих,
Шизея от призраков сонных.
Неужто зачах животворный Родник,
В пучине Времен заточенный!…

…Слепая опять замахнулась Косой –
Ни крика – лишь звон о Металл золотой,
Мгновенья сливаются в звуке.
И снова кругом закипает Вода:
Неужто опять? Но, позвольте, куда?!
Смыкаются Брызги: Какая беда?
И в пене скрываются Руки.

И вот, по Реке беспощадной, пустой,
Чьи воды дробит белокрылый Устой
Моста, что над Вечностью брошен.
И что нам за дело: Вода или Лед,
Покуда Говно беспричинно плывет
И в нем даже Черт ни хрена не поймет,
Хоть лезет повсюду непрошен.

Задача трудна, но давно решена:
Никто не вернется живым из Говна!
И Солнце погаснет, и сгинет Луна –
Отрада сопливой Печали,
Но будет как прежде чужая Река
Нести Мудака – широка, глубока,
Теченьем швыряя как камни века
В туманные, мутные дали.

И будет метаться Рассвет золотой,
В смятеньи цепляясь за Берег крутой.
Подобно Говну нам не страшен застой,
Но мы и на это поклали.




rougelou: (Default)
...Сыном короля в зале, где сотни свечей
Затмевали свет далеких, робких светил,
Ясноглазых в ночи, и горели все горячей.

Коннла был сыном Кона, и был он собой красив,
Волосы его - как солнце на склонах холма,
Руки, как ветви могучего ясеня, вниз росли,
Но он поднимал их вверх, как в море растет волна.

Коннла был сыном Кона, и дева пришла к нему,
Странные слова говорила она и пела,
Он один ее видел, одетую в свет, закутанную во тьму,
А гости слышали голос, лишенный тела.

Она говорила: "Ты Коннла, ты славный принц,
Ты похож на ясень с красной, бронзовой кожей,
В наших краях мы, жители, легче птиц,
Но я люблю тебя, принц, на красный ясень похожий.

Так оставь здесь то, что прежде любил и знал,
Войди в мою лодку, зыбкую, как туманы,
Проплывем вдвоем мимо гордых и кротких стран
В те края, где мы будем вечной свободой пьяны.

Мы живем на зеленых, таких зеленых холмах,
Солнце по ним катается и смеется,
Не расстается с ними, вздыхает о них впотьмах,
Круглое на дне ночи, как в тесноте колодца."

Но Кон, победивший всех, бесстрашный в смертном бою,
Был испуган до горького пота, до чревной дрожи,
Он встал с высокого стула, поставил чашу свою:
"Что ты там видишь, сын, на красный ясень похожий?"

Коннла сказал отцу, что он замечает среди гостей
Незнакомую гостью, на вид она легче птицы,
Что неплохо бы встать и отправиться прямо к ней,
В ее странном жилище с ней соединиться.

И Кон закричал тогда: "Корин, тот, что рыжебород,
Рунами воду режь, играй на яростных струнах,
Читай свои заклинанья, или от нас уйдет
Коннла, мой славный принц, похожий на ясень юный!"

Королевский приказ исполнил старый друид,
Воздух стал черствым, воздух сделался ломким,
Горечь зловонных бездн сквозь зубы каменных плит
Тронула странный голос, и стал он неслышен, тонкий.

Но Коннла видел, как дева, прощаясь с ним,
Бросила яблоко, знал, где оно упало,
Поднял его, сладчайшим чувством томим,
Сколько его ни ел -- цельное, как сначала.

А говорить он с тех пор не хотел ни с кем,
Думал, должно быть, что дева за ним вернется,
Что он войдет к ней в лодку и с ней исчезнет совсем,
Как исчезает солнце на дне колодца.

Так и вышло, друид не смог ему помешать,
Вижу, ты помнишь сам -- это старая песня,
Это песня про смерть, ее поют малышам,
Чтобы им жить нежней и умирать интересней.

http://www.keburga.com/b/aplla.html




rougelou: (Default)

...Хороший рассказчик нужен после тяжелого дня.
Кто знает руны, как ты, кто, как ты, говорит
С вином из бочонка, с дымом, который идет от огня?

-- Нет, мой гроб опечатан, и крепкая та печать.
Слово ее сильней, но неприлично нам,
Христианам, покойным в могиле, бесстыдно так поступать:
Бродить по земле с живыми, подобно вашим богам.

-- Эй, не упрямься, ты ведь хочешь смотреть опять,
Как колдовской туман густеет у потолка,
Как затвердевший звук между пальцев легко сломать,
Как зажигает звезды невидимая рука,

Как бабочкой-переростком слово слетает с губ,
Крылья с темным узором качаются и скрипят;
Выпьем, что нам за дело, наш Маелори труп
Или живое тело? Тело -- только наряд,

Женщины их выбирают трепетно, как слова,
Франты и офицеры к ним внимательней дам,
Мы ж за этим столом бег столетий следим едва,
Чашу за чашей пьем и терпимы к любым телам.


-- У вас, язычных людей, в глазах колдовской туман,
В ваших сердцах -- узоры могильных плит.
Мне же не подобает рассказывать сказки вам,
Если по воле Божьей я в темноте убит.

-- Эй, Маелори, что с того, если твой Христос
Подослал к тебе убийцу в темную келью?
Боги, как дети, не стоит о них всерьез,
Станешь у них игрушкой, только поверь им.

Наше вино, как их недобрая кровь,
Бродит по жилам, в мозг стучится древними снами.
Нынче ты мертв, назавтра снова здоров;
Нам все равно, поднимайся и выпей с нами.

Мы хотим услышать про горбуна без горба,
Про Конна Сотни Сражений, про Маленькую Головку,
Про Лировых лебедят, как кинула их судьба,
Как Джек, Хозяин Воров, судьбу обмишурил ловко.

И если ты промолчишь, то другие не промолчат,
И будут кружить слова, оседая листвой на ветках
Высоких деревьев, и вырастет целый сад
Узором на окнах, бисером на салфетках.


http://www.keburga.com/b/mac-lorri.html




April 2017

M T W T F S S
     12
3 45678 9
1011 1213141516
1718192021 22 23
24252627 282930

Syndicate

RSS Atom

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 16:37
Powered by Dreamwidth Studios