rougelou: (Default)



[Сие написано вчера с большой усталости и под воздействием приличной дозы хорошего алкоголя.  Очень хотелось поделиться нахлынувшим.

Сегодня настроение уже не то: не сказать, что хуже - просто другое.  Поэтому прошу иметь в виду, что я сегодняшний за себя вчерашнего не отвечаю. :-)

Публикуется по причине неизбывной жадности и самовлюбленности, не позволяющих пропадать даже самым незначительным и случайным ... произведениям.
]



Бывают времена действия, когда человек, ведомый богами, получает возможность приоткрыть дверь собственной тюрьмы и созерцать красоту, созданную существами бесконечно более мудрыми и прекрасными, чем он сам.  Расставаясь с собственным телом, используя его как инструмент и постигая при этом суть происходящего в целом, он видит иные сферы и планы, понимая, вместе с тем, что ничего непостижимого в них нет, и что он не просто причастен им всем, но неизмеримо больше их.  Это оптимизм подвига, - единственное, что может объяснить бескорыстные и самоотверженные движения человеческой души, не ищущей в такие времена никакой опоры, а бросающейся навстречу мнимой неизвестности с открытыми ладонями, в которых разжата смерть.  Это сила и очарование богов, противиться которым человек не в состоянии.

Когда таких людей много - это война.  Когда их меньше - это время тяжкого подвижничества одиночек, вынужденных возвращаться и гибнущих рано.

Но они становятся опорой для тех, кому такая опора, действительно, нужна.  И те приходят, и делают прямо противоположное: не рвутся «вперед и вверх», а открываются прошлому, глядя назад и вниз.  Идут в Аид и возвращаются, ведя за собой Прекрасную Тайну (Eu-ridice), скрытую во мгле забвения.  И не всем им уготована печальная судьба Орфея, а лишь тем, кто не способен отбросить противоречивые мысли, идя бесстрашно вперед.

Это гораздо более зрелый дар.  Большинство таких людей жертвовало собой не раз.  И, прийдя вновь, им приходилось жертвовать собой опять, но уже символически, потому что погружение в глубины не сулит обожания вдохновленных потомков, множество которых следует за взмывшими ввысь.  Большинство, но не все.

Времена этих людей манят - манят иным, лунным очарованием, которое возникает лишь тогда, когда что-то уже было - было так, что заключает в себе тайну само по себе.  Ведь свет Луны - это тот же свет Солнца, которого уже нет как такового, но который продолжается в ином измерении, недоступном прямому восприятию.

В истории современного Запада, относящейся к периоду, который принято называть «новой историей» или «модерном», было такое время.  Историки ограничивают его формально: с 1870-го по 1914-й год.  Название «Прекрасная эпоха» (фр. «Belle époque») появилось, когда это время еще не закончилось, но окончательно оно утвердилось с началом Первой Мировой войны, ознаменовавшей следующую, говоря словами известного мыслителя, «военно-спортивную» эпоху.

Имя этому времени придумали те, кому было просто приятно жить в нем - представители западноевропейской гедонистической верхушки - но, выражаясь прагматически, оно резюмировало все, что произошло за историю современной Европы и сопредельных территорий (а также, до определенной степени, других частей света: Дальнего Востока, Америки, Австралии), подготовив «сухой остаток» для нас: нелюбопытных, необразованных и функционально ориентированных восприемников наследия далеких предков, пришедших разделять и творить из разделенного - ариев, детей Ареса.

Неслучайно это время предстает нам теперь неким целым, находящим выражение в разных стилистических и смысловых концепциях вроде «стимпанка», и организующим людей по признаку склонности именно к нему.  Виртуальные (и не очень) сообщества любителей импрессионизма, прерафаэлитов, ар деко и, вообще, модерна, викторианского быта, позднеимперской (русской, германской, австрийской) и американской (времен реальных войн и освоения «Дикого Запада») милитарии, классической французской кухни, венских пирожных, дофилоксерного вина, эдвардианства, гран-гиньоля, Бодлера-Лотремона и прочей сюрреалистической мути, а также всякого рода теософии (от Блаватской и Сэнт-Ив д'Альвейдра до Ледбитера и Кришнамурти с Олдосом Хаксли), не говоря уже о спиритизме (от Кардека до Коннан-Дойла), - все отсылают к ней, все стремятся приобщиться к духу последнего всплеска угасающей волны Традиции, плавно передавшей свою энергию ненадежной скорлупке «технического прогресса».

Понятно, что само представление об этой эпохе и все без исключения воплотившиеся в ней тенденции прошли через «европейский редуктор», которым вот уже полторы тысячи лет является Франция.  Некоторое обоснование этому определению можно найти по ссылке, где я попытался слегка развить теорию, исходящую из наблюдения, ведомого неким априорным знанием: http://pranava.livejournal.com/56565.html

Это было время осмысления, время возвращения к тому, чего никак нельзя было не взять с собой.  И эти люди сделали все возможное, чтобы это мог сделать каждый: проложили путь к потерянным из виду ориентирам.  Не к тем, что всегда вверху (а для большинства впереди), а к тем, которые позади, к которым нужно прорываться в буквальном смысле - от слова «рыть», а не «рвать».

Здесь только три пришедших мне на ум примера.  О первых двух я уже когда-то писал, поэтому ограничусь ссылками на самого себя: там написано и проиллюстрировано подробней.

Эрнест Шоссон: http://pranava.livejournal.com/5591.html

Рене-Франсуа Сюлли-Прюдом (стихи) и Габриэль Форэ: http://pranava.livejournal.com/39561.html

Третьего же здесь еще не было.  Это Сэзар Франк с его знаменитыми вариациями на свою же органную прелюдию и фугу - короткими, как и все романтические, по сути, темы:


Если же углубляться в совсем уж далекие глюки, Франк всегда виделся мне следующим воплощением Иоганна-Кристиана Баха (сына Иоганна-Себастьяна от второй жены), занимавшегося довольно долгое время с юным Моцартом, что вряд ли следует недооценивать.  В его произведениях (особенно, в известном концерте для виолончели до-минор) слышится интонация, опережающая свое время, по крайней мере, на одну эпоху.  А то и на две.  Или это у меня с головой что-то. :-)




Отсюда, может быть, присущее Франку великолепное владение инструментом (органом), выдающееся даже для музыкантов французской клавирной традиции, которая никогда не прерывалась, и даже для того времени, увидевшего своеобразный ренессанс органного искусства не только во Франции, где именно орган, а не фортепиано, был «органолептической» основой высшего музыкального образования (Сэн-Санс, Форэ, Видор, Дебюсси, затем Равель, Пуленк, Мессьян), но во всей Европе (Лист, Брамс, позднее Хиндемит).

rougelou: (Default)
Скрипка, она, вообще, как ружье-пулемет. Калашникова или Симонова - в зависимости от ситуации.



Интродукция - хрен бы с ней. А вот, держать ритм "а ля тангО" в течение десяти минут с таким чувством - это единицы могут из мастеров.
rougelou: (Default)
Просто впечатление.

Как известно, "Бетховен же один". :-)

А это - наиболее, на мой взгляд, емкое его музыкальное высказывание, передающее ту же идею. Особенно, адажио состенуто престо, которое здесь и представлено.

Ну и исполнение, ИМХО, лучшее на данный момент. :-)







rougelou: (Default)
Забытый, конечно, в основном широкой публикой: образованные музыканты и знатоки о нем знают. Но хотелось бы, чтобы знало больше людей. :-)



Будучи человеком, мягко говоря, обеспеченным, он не был вынужден работать на заказ и писал музыку в свое удовольствие, можно сказать лениво. За сорок четыре года жизни (из которых продуктивными были едва ли двадцать) успел написать всего около сорока вещей.

Несмотря на явную вписанность в музыкальные тенденции того времени и личную дружбу со многими людьми, буквально воплотившими их в себе (Франком, Дебюсси, Сати), его музыка не похожа ни на что из созданного ими, хотя, конечно, опытный слушатель отыщет в ней все, что нужно. :-) Отыщется там, конечно же, и влияние Вагнера, большим "фанатом" которого он был и, говорят, даже успел увидится с ним однажды в Байройте. Однако, мне кажется, что оно ограничивается сферой сугубо формальной, то есть общим подходом к симфонизму и звуку вообще, тогда как содержание музыки совершенно иное. Интонация, то есть. Впрочем, содержание каждый выдумывает себе сам: на то и музыка. :-)

Вот, например, одна из лучших его пьес, написанная по мотивам рассказа Тургенева "Песнь торжествующей любви": http://az.lib.ru/t/turgenew_i_s/text_0250.shtml В нем звучит роковая для Тургенева тема, преследовавшая его всю жизнь. Но мне, человеку 21-го века, в этой пьесе слышится гораздо больше: почти все, что было создано за всю несчастную первую половину 20-го.

Часть 1




Часть 2



Честно говоря, пока не знал этого, находил в ней гораздо больше. И теперь, когда знаю, продолжаю находить. :-)
rougelou: (Default)
Мне кажется, эта фраза должна звучать именно в таком порядке, а не наоборот (frei aber einsam). А то получается жалобная поза, которой тут даже и не пахнет.





А вот он сам: его концерт, в смысле. Редкий очень. Можно сказать, совсем забытый. Жаль, не знаю, кто играет: исполнение выдающееся.

April 2017

M T W T F S S
     12
3 45678 9
1011 1213141516
1718192021 22 23
24252627 282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 08:32
Powered by Dreamwidth Studios